***

Харьков.

Контрразведка.

Штаб-ротмистр Ларионов.

Август, 1919 год.

Штаб-ротмистр Ларионов встретил офицеров Самурского пехотного полка лично.

– Как добрались, господа?

– Нас везли словно генералов. Под надежной охраной, ротмистр. Да еще и такая встреча. Мы с поручиком гадали, за что нам такая честь? Меня в самый последний момент отстранили от командования батальоном.

– Вас заменили другим офицером, ибо вы, капитан, и вы поручик, нужны контрразведке для выполнения важной миссии.

– Мы?

– А что вас так удивляет, поручик? Вы не в первый раз выполняете важные задания. Благодаря вам мы избавились от атамана Гордиенко. А в 1918 году вы оба побывали уже в тылу у красных.

– Но тогда наша миссия в Екатеринодаре провалилась в самом начале, ротмистр, и мы были с поручиком арестованы.

– Но вы как блестяще вывернулись из ситуации, господа. Прошу вас.

Ларионов угостил своих гостей с дороги, и накрытый стол был роскошен. Такого изобилия они не видели уже давно.

– А вы думали, что контрразведка не умеет принимать гостей? Садитесь, господа.

– Коньяк! – Штерн взял в руки бутылку.

– Даже шампанское, – Лабунский завладел второй бутылкой. – Не пил такого с 1915 года. Вам можно позавидовать, ротмистр.

– Не стоит, поручик. Работы слишком много. А обстановка ныне слишком тяжелая. Голова идет кругом. Но прошу вас не стесняться, господа. Прошу! Открывайте шампанское и коньяк. Я понимаю, откуда вы прибыли. Устали. Этот стол – ваша награда за труды. Пусть он напомнит вам прошлую жизнь…

***

Настоящий разговор Ларионов начал только через час.

– Итак, господа, офицеры, вам предстоит путешествие в Воронеж. Как вам известно, он сейчас занят красными. Там находиться штаб 8-й армии под командованием бывшего генерала Селивачева. Но, как вы знаете, у красных существуют при командующих так называемые Реввоенсоветы. Так вот, одним из членов Реввоенсовета является некто Барышников Владимир Архипович. Старый большевик. При царе десять лет был на каторге. Я его знаю еще по жандармскому корпусу Петербурга. Арестовывал его однажды. Было это в 1912 году. И вот он занимает важный пост у красных. Один из людей Дзержинского. Это ваша первая цель.

– Цель? – спросил Лабунский.

– Да. Вам нужно будет ликвидировать этого человека. Но он не единственный. Вторая цель – Чуев Иван Александрович. Он ныне председатель Революционного трибунала 8-й армии красных.

– Иными словами мы должны убить? – спросил Лабунский.

– А что вас удивило, господа? Вы боевые офицеры и привыкли убивать. Вас посылают на очень опасное задание, и убивать вы будете не девочек-гимназисток, но врагов России, с которыми мы с вами ведем войну. Я не прав, господин Штерн?

– Вы правы, ротмистр.

– А вы, поручик?

– В целом да, – согласился Лабунский. – Но это не фронт. Это убийство из-за угла в спину.

– Так не убивайте его из-за угла в спину, поручик. Стреляйте в грудь. Но чтобы успокоить вашу совесть, поручик Лабунский, скажу, что Чуев приговорил к смерти больше тысячи человек. Он не так щепетилен как вы. Итак, господа? Вы готовы выполнить миссию, возложенную на вас командованием Добровольческой армии?

– Готов! – ответил капитан Штерн.

– Готов! – ответил Пётр Лабунский.

– Вот и отлично, господа. И не стоит вам думать, что выполнение этого задания слишком простое. Нет. Это опасно, ибо, если вы попадете в руки Чуева, я вам не завидую.