— Неплохо. Но наша министерская база отдыха не хуже, хоть и подальше.

Розарий, знаете, павлины…

Сам-то хвост распушил, не хуже павлина, отметила Таня и как бы в задумчивости проговорила:

— Но нам понадобится помещение для работы.

— Это будет, — совсем обрадовался полковник и шумно отхлебнул крепкого чая.

— Будет обязательно. Вы к восемнадцати ноль-ноль к главному входу под-. ходите.

Я «волгу» подгоню…

— Приду, — пообещала Таня. — Только вы про материалы не забудьте. И я прошу вас посмотреть, что у вас есть на Гречук. Варвару Казимировну Гречук.

Пиндюренко замер. Прикинул по документам и резонно заметил:

— Ты не корреспондентка. Мумин!

— Масуд Мирзоевич предлагал мне остановиться в пансионате Совмина, но в интересах дела я предпочла «четверку», — четко выговорила Таня.

Застывший на пороге кабинета круглолицый Мумин ел глазами начальство, дожидаясь указаний. Полковник, намеревавшийся, очевидно, отдать какую-нибудь нехорошую команду относительно Тани, оказался в замешательстве, вызванном последней ее фразой. Никто, находящийся в здравом уме, такими именами не козыряет впустую. А эта красотка, выдающая себя за корреспондентку, на идиотку не похожа. Если она действительно знакома с самим Сафаровым…

— Мумин, — тем же четким тоном проговорила Таня. — Будьте любезны, рюмочку коньяку для полковника. Адъютант вопросительно посмотрел на Пиндюренко. Тот молча кивнул. Мумин вышел.

— Почему вас интересует Гречук? — сиплым голосом спросил он.

— Не меня, а более серьезных людей. Из Ленинградского обкома КПСС.

— Но почему вы?..

Таня наклонила голову и прикоснулась пальцем к губам: в кабинет бесшумно вошел Мумин с крошечным подносом, на котором стояли две рюмки, початая бутылка «KB» и блюдечко с мелко нарезанным лимоном. Он поставил поднос перед начальником и принялся разливать. Полковник забрал у него бутылку, налил только себе и немедленно выпил. Таня улыбнулась.

— Выполняю личную просьбу, — сказала она, когда Мумин вышел, прикрыв за собой дверь. — Использовать официальные каналы было не очень желательно.

— Ну, не знаю… Наши архивы — они ведь с грифом… Должен быть запрос.

— Понадобится — будет и запрос, — отчеканила Таня. — А если сомневаетесь в моих полномочиях, можно позвонить в Ленинград. Там подтвердят.

Она извлекла из сумки тоненькую, хорошо отпечатанную брошюру — телефонный справочник Ленинградского областного и городского комитетов КПСС. На обложке полковник прочитал название и строгую пометку: "Для служебного пользования. Экз.

№ 214". Его подозрения разом улеглись. Он посмотрел на Таню, хлопнул себя по лбу, налил коньяк во вторую рюмку и пододвинул ее к собеседнице.

— Угощайтесь… Только зачем вы корреспонденткой представились?

— А я действительно работаю в «Известиях». Внештатно. И действительно готовлю материал о правоохранительных органах страны. Так что с удовольствием воспользуюсь для очерка вашими данными. Не про Гречук, естественно.

— Да уж… Дело-то, как помню, было непростое. Общественность неоднозначно реагировала.

— Давно это было?

— Да уж года два. Или три.

— И вы до сих пор помните?

— Республика у нас, уважаемая…

— Татьяна. Можно просто Таня.

— Республика у нас, уважаемая Таня, маленькая, а город — тем более.