Да, я была готова. Но нет. На шахматной доске, вокруг которой строят криминальные теории Ника и мистер Зануда, недавно появилась новая фигура. И кажется, уже никто в органах не понимает, как с этим быть.

«Странный какой. Будто не из нашего времени».

Марти ждала, пока Крыс снимет деньги, и от скуки наблюдала за примечательным посетителем банка – смуглым мужчиной с аккуратно зализанной прической и подкрученными усиками. Даже пыталась выстроить ему альтернативную биографию.

«Да. Итальянец-эмигрант времен сухого закона или чуть попозже».

Одет этот тип, читавший надписи над стеклянными окошками, был стильно и прилично: пальто цвета кофе с молоком, брюки в тон, черные начищенные ботинки – они сочетались уже с рубашкой. Красавчик. Ухоженный. Без галстука, зато с золотым перстнем-печаткой на правой руке. Да еще в шляпе старомодной…

– Крыс, – захихикала Марти.

Кирилл был поглощен экраном банкомата, что-то у него там не получалось. Он только шикнул, Марти обиделась и продолжила скучать. Объект ее наблюдения уже выбрал себе подходящее банковское окно и неспешно, спрятав в карманах руки, пошел туда. Такая прямая спина, такая уверенная поступь, такая, блин, задница и походка. Марти облизнулась и тут же принялась себя ругать: лучше бы она так Левку разглядывала, чью квартиру оккупировала. Ему было бы приятно. В конце концов, он тоже симпатичный, прелесть… но мысли, как непослушные щенки, все рвались к левому мужику:

«О-о! Гангстер из фильмов про Чикаго. Ему только ствол! Как у Дилинджера! Или…»

История почти сложилась. А потом мужчина в костюме и шляпе улыбнулся, поднял пистолет и звучно, бархатисто, будто сообщая лучшую на земле новость, произнес:

– Это ограбление, лягте, пожалуйста, на пол.

То ли крики быстро стихли, то ли их не было – а только пронизывающий лед от кончиков пальцев ног до макушки. Тошнота. Ступор. Какой бред, это что, стеб, пранк? Мир обесцветился. Марти все стояла и пялилась, стояла и пялилась, даже когда на нее навели дуло и рявкнули:

– Синьорина, эй! Чем вам прочистить уши? На пол!

Мужчина смотрел. Правый его глаз то ли косил, то ли просто не двигался. Марти поверила, лишь когда Кирилл резко дернул ее вниз и она уткнулась носом в холодную плитку. Пожалуйста. Он сказал «пожалуйста». Нет, серьезно?.. Крыс прижался щекой к полу и смотрел на нее потемневшими вишневыми глазами. Там не читалось ничего.

Подручный – охранник – уже тоже держал всех на мушке. Кроме Марти и Крыса в отделении была пожилая пенсионерская парочка, клиентка помоложе с ребенком и всего три служащих. Последние даже не визжали, не говоря о разумных действиях – нажатии каких-то там тревожных кнопок. Девушки по-кроличьи окаменели, лишь переводя взгляды с одного вооруженного мужчины на другого.

– Леди, – подмигнул самой юной «гангстер», – покажете хранилище?

Та сдавленно всхлипнула и махнула рукой себе за спину, на бронированную дверь.

– Нет, так не пойдет. Мне не помешает компания…

Девушка всхлипнула еще раз, громче, и замотала мелированной головой.

– М-меня уволят, п-потому что я вам помогала! Я только устроилась! У меня мама…

«Во дура. Тебе сейчас мозги вышибут, а ты про стаж думаешь…» – мысленно поразилась Марти, наблюдая за реакцией мужчины и окончательно убеждаясь: с правым глазом у него что-то не то. Была уверена: застрелит, как пить дать, или потащит силой. Но неожиданно, пару секунд подумав, тот сжалился:

– Ладно, сиди… – Он, прищурившись, глянул на ее бейдж. – Алена Витальевна. И все сидите. Но с теми, кто будет шалить, добрый дядя охранник поиграет в утиную охоту… – он бегло обернулся на сообщника.