– Не позволено? – Гонерилья прищурилась. – Кем?

Судя по тухлому виду Нейтрино, вопрос был правильным, а ответ – неоднозначным.

– Никем, – отрезал он, и мы легко его поняли.

Вот что Лорд мутит. Устроил весь этот дурдом, скорее всего, прекрасно знал, что психованному типу с шахматной доской повезет. Кого он отправил на Землю? Кого, блин? А что, если…

– Нейтрино, он уже нашел всех? – Гонерилья оторвала меня от безрадостных мыслей. – Все души?

Он кивнул:

– Часть – в годы работы. А многих дособрал уже из тюрьмы; двадцатый век был на тему нечерных-небелых богат. По нашим сведениям, остался ферзь. Королева. И забрать тех, кто попался ранее, все-таки «добавочный период» подпортил ему игру. Лорд хорошо защитил старых проклятых, вопреки правилам подарив каждому чистый лист. Но в большинстве своем они этим не воспользовались. – Губы презрительно дрогнули, по ним я прочел «глупые смертные». Но тут же уголки рта Нейтрино опустились в искренней досаде. – Их истории повторяются. Чуть иначе, но повторяются. Поэтому ему довольно просто найти их. Многих уже нашел. Гангстера. Художника. Принца. И педофила-мецената прибрал, и почти всех неперерожденных новичков. Поскольку он работал с ними уже без адских контрактов, мы не можем даже их отследить и… прости Дьявол, защитить.

Мы уныло замолчали. Мысли роились в голове. Шестнадцать душ. Доска, на которой никто никогда не играл. Как же я заблуждался, думая, что Земля, бешено мчащаяся вокруг своей звезды, лишилась секретов. Секреты просто затаились, а теперь лезли отовсюду.

– А все-таки что будет, когда он всех их найдет? – спросил я.

Нейтрино неожиданно улыбнулся. И в этот раз его безумная улыбка приободрила.

– Он не просто собирает свою половину. Он игрок и хочет, чтобы кто-то собрал вторую. Так что… думаю, попробуем поиграть. Выиграем – создадим перевес энергий.

– А кто-то ее уже собирает? – уточнила Гонни. – Вторую половину? Из кого она должна состоять?

– Да, где записаться? – полюбопытствовал я. После истории про педофила Валаар мне особенно не нравился. Я бы ему врезал.

Нейтрино вытаращился на меня, даже, кажется, потеряв дар речи. А потом заржал.

Когда я запустил в него полупустым кофейным стаканчиком, он уже исчез.

Арка 6. Неблагие знамения

25.12.2006. Ника

Веселого Рождества. Знаю, оно католическое, но с Марти мы в детстве праздновали оба. Рождества много не бывает, так мы думали, вешая красные носки на елку или зовя тетю Веронику печь печенье. Теперь никакого нет.

Неделю не было записей. Всем не до того. Кирилл улетел, Дэн и Ася унылые, Сашка бросила дневник с тех пор, как начала шляться в загадочный планетарий. А мне вот стало тоскливо. Может, потому что затея Макса постепенно остается единственным, что нас связывает. Может, потому что я разбита. А может, потому что мы в говне. Уже шесть фигур. Семь мертвецов. И это все из просто страшного-несправедливого становится личным. Очень.

Ольга и Татьяна Шапиро (почему-то одна фигурка на двоих?). Петр Нагарин. Фредерик Самойлов. Лариса Минина. Пешки. Антон Навин. Конь. Сергей Флорентийский. Слон. Жутких фото над рабочим местом Алефа все больше. Он недоволен. Работает ведь не он, а те, за кем крепятся разрозненные дела.