Саша вгляделась в мерцающий на проекторе герб: крест, щит, корона и черный меховой плащ. Так же смотрела, подперев кулаком голову, Ася. Тема лекции оказалась сегодня удивительно занятной, не то что все эти бесконечные игры в казаки-разбойники, охватившие средневековый мир. Хоть где-то люди просто занимались своим делом.

– Классные рыцари… – прошептала Саша. – Правда, Марти? Эй!

Она слегка пихнула подругу в бок. Та тоже не отрывала взгляда от экрана, но, казалось, не видела его: лицо было пустое, сонное, под глазами огромные тени.

– Эй! – повторила Саша. – Спишь что ли? Ты же никогда на истории не спишь!

Марти не реагировала. Вряд ли это был игнор: дуться из-за дурацкого похода в кафе Марти давно перестала. Пожив с Левой, она явно глотнула воздуха, да и, как ни жутко это звучало, в ней, похоже, взыграл адреналин после чокнутой выходки в банке. Все, казалось, пошло на лад: подруга начала чаще звонить и писать, реже надевать наушники по пути из корпуса в корпус, а пару дней назад они отлично погуляли вчетвером, поймав еще Нику. В общем, Саша расслабилась. Хотя, возможно, стоило больше прислушиваться, что «чернушки» обсуждают между собой, пока «хохлатки» катаются на коньках?

– Мар-рти! – Шутливо рыча, Саша ухватила ее за предплечье, попыталась подергать и случайно сбила к локтю широкий рукав черной кофточки. – Ой, прости. – Она хотела его поправить и… вот тогда-то увидела это. Лиловые синяки с еле заметными темными точечками. Они покрывали почти весь сгиб. – Блин!

Саша ойкнула. Марти повернулась и перехватила ее взгляд. В глазах полыхнули молнии, и Сашкина иллюзия сокрушительно рухнула. Нет, похоже, мало что изменилось. А может, и стало хуже. Но сдаваться она не собиралась. Нет, это уже перебор.

– Так, это что? – Саша слегка отодвинулась. Отвлеклась и Ася: успела увидеть пятна до того, как Марти спешно опустила рукав, и остолбенела. Зажала рот рукой.

– Ничего, – пробормотала подруга и прижала палец к губам. – Прекратите, ну.

Но Саша знала такое «ничего». Видела у пары парней из подъезда.

– Нам прекратить? Ты… ты ширяешься? – шепнула она с ужасом. – Господи…

– Нет! – возразила Марти. Но что-то в ее лице было не так, и Ася тоже это заметила.

– Так ты… – пролепетала она, – тебе что, поэтому мерещатся глупости про ректора? Когда ты начала?

Вот тут Саше захотелось ее треснуть, но не за сами слова, а за то, что она могла быть права. Дальше пришла тревога: а… ректор? Что, если поймет? Если правда начнет устраивать проблемы? В целом Марти вроде избегала его, а если видела, то реагировала сдержанно – только провожала тяжелыми взглядами. И не обсуждала, хотя неделю назад покрыла разок трехэтажным матом. После того как Даниного бывшего учителя… ох. Саша добралась почитать записи друзей, после чего несколько дней решалась позвонить Дэну и как-то посочувствовать. Не позвонила, только вытащила в один из вечеров в планетарий. Не сказать, чтобы удачно: Дэн, видимо, плохо спавший ночами, просто вырубился на траве посреди лекции, а потом долго, печально извинялся, уверяя, что все было очень интересно, просто сложный день, сложная жизнь и так далее.

Саша лягнула Асю под партой, но поздно. Марти молча поглядела сначала на одну, потом на вторую, так, будто вообще едва понимает, не спит ли и не видит ли какой-нибудь кошмар. Потом она вздохнула и… снова закатала рукав. Темные пятна на смуглой коже напоминали жуткие цветы. Ткнув пальцем в первое, Марти тихо сказала:

– Вот это – плохо сделанная предохранительная прививка от «приморской птички».