Коко негромко произнесла:

– Ее зовут Элис Хупер.

Шум мотора почти заглушил ее слова.

– Элис Купер?

– Хупер. Женщина, на которую ты только что пялился. В черной куртке.

Этрих нервно потер ладони. Двигатель машины гудел так громко, что он почти не слышал шелестящего звука, каким сопровождалось это движение.

– Ты все на свете знаешь, не так ли, Коко? Возможно, у тебя готовы ответы на любые мои вопросы?

– Возможно.

– Тогда почему бы тебе не просветить меня насчет того бреда, в который превратилась моя жизнь за последние несколько дней?

Она лишь улыбнулась в ответ:

– Знаешь, что остается для меня загадкой? Любовь. Стоит мне начать понемногу в этом разбираться, как что-то вдруг происходит, все меняется, и я опять ничего не понимаю.

– Что же здесь может быть непонятного?

Она собралась было ответить, но передумала.

– Приехали.

Она вывернула руль влево, и машина остановилась на парковке у городского зоопарка. Этриху эти места были хорошо знакомы: он часто водил сюда детей. Зоопарк был запущен до безобразия. Здесь давно следовало все поменять, хотя бы из чисто гуманных соображений. Клетки были слишком тесными, служители ленились их как следует убирать. Неудивительно, что посетителей здесь можно было встретить только в выходные и праздничные дни. Малыш Джек как-то спросил: «Пап, а почему это все звери такие печальные?» Этрих тогда уклонился от прямого ответа, а про себя подумал, что от жизни, какую вынуждены влачить эти несчастные животные, любой попросту свихнулся бы.

Коко купила билеты и прошла сквозь ворота центрального входа.

Издалека послышался долгий, тоскливый и одновременно пугающий рев какого-то животного. Коко шла по территории зоопарка быстрым уверенным шагом.

– Так странно очутиться здесь без моих ребят.

– Ты что, только с ними сюда ходил?

Этрих слегка опешил. Даже остановился на мгновение.

– Разумеется. С чего бы мне ходить сюда одному?

– Потому что зоопарки – святые места, Винсент. Странно, что ты этого до сих пор не вспомнил. В числе прочего, о чем узнал по ту сторону жизни.

– Святые? Ты серьезно?

– Животные служат защитой человеческому роду тут, на земле. И те места, где их так много, как здесь, становятся островками спасения. Ничто плохое не приключится с тобой, пока ты в зоопарке.

– Чушь! Год назад лев покалечил ребенка, который слишком близко подошел к клетке.

– Так ведь он сам ввел льва в искушение. А своих защитников искушать нельзя. Я могу привести тебе десятки примеров, когда дети попадали в клетки к хищным зверям и оставались невредимы.

– Никогда этому не поверю.

– Дело твое.

– Кстати, если они призваны нас защищать и зоопарки – святые места, то почему их обитатели всегда такие грустные?

– Потому что они тоскуют в неволе, но это их собственный выбор. Они жертвуют своей свободой ради безопасности людей.

Они подошли к большой открытой площадке, за которой виднелся слоновник.

Земля здесь была покрыта слоем какой-то красноватой глины. Этрих, видевший ее далеко не в первый раз, только теперь заметил, что она удивительно походит на поверхность бейсбольного поля. Решетки здесь отсутствовали.