|
Четвертый утверждал, что это было похоже на гигантские женские гениталии. Но все сходятся на том, что эта розовая сияющая морда проглотила ребенка и тут же растворилась в воздухе. Вместе с мальчиком. С матерью случился шок. Вызвали медиков, полицию, осмотрели место. Ребенок исчез бесследно. Женщину едва удалось увести оттуда. Но на следующее утро она снова была там. Говорили, что она уже тогда помешалась. Стояла, смотрела в одну точку и повторяла: «Его вернут, его вернут, его вернут». Собрала толпу зрителей. В тот же час, минута в минуту, в том же самом месте снова появилась… Впрочем, количество описаний увеличилось пропорционально разрастанию числа свидетелей. Короче говоря, из ниоткуда выплыло нечто. Женщина бросилась к нему и на несколько мгновений исчезла внутри этого нечто. А когда оно вновь растворилось, на земле лежали двое — мать и ребенок. Без сознания.
Карамышев замолчал. Вероятно, предлагая задавать вопросы. Мурманцев изо всех сил пытался охладить эмоции. Очень не хотелось впутывать в это мутное дело жену. Как она отнесется к этому? — Вы сказали, женщина в результате сошла с ума? — Буйное помешательство. Безнадежна. — А ребенок? — Ребенок с виду нормален. Только не говорит. Хотя до того разговаривал. По некоторым признакам похоже на аутизм. Он не реагирует на обращения к нему. Но окружающее интересует его. Он пытается изучать реальность… достаточно странными способами. Мы полагаем, его личность была изменена. — И… какова моя задача? — выдавил Мурманцев. — Усыновить его. Мурманцев едва не выкатил глаза от изумления, но совладал с мимикой. Это было жестоко. Всего два месяца как он женат. Подвергать семью испытаниям подобного усыновления… Карамышев внимательно следил за его лицом. — Вы можете отказаться. При условии, что аргументация будет обоснованна и адекватна. Мнение вашей супруги также будет учитываться. — Я поговорю с ней, — вяло произнес Мурманцев и подумал, что Стаси наверняка бросится грудью на амбразуру. Такой у нее характер. — Ребенок должен будет жить с вами, — кивнув, продолжал Карамышев. — Вы станете его родителями… временно. Не говорю — любящими родителями, этого я требовать не могу. Вы должны изучать его, как и он, вероятно, будет изучать вас. Нам нужно знать о нем все — характер, предпочтения, интересы, страхи. Все, что относится к категории «личность». — Думаете, он может стать источником опасности, когда вырастет? Опасности определенного рода? — Не исключено. — Будет летать по воздуху, как индийский факир, и заявлять, что он инкарнация Христа, — бросил профессор, беря со стеллажа следующий том «Энциклопедии нового космоса». Мурманцев не разобрал, что это — черный юмор или реминисценция из откровения Иоанна Богослова. — Дорогой Евграф Афанасьич, ради Бога, давайте не будем циклиться на теме антихриста. — Дорогой Александр Степаныч, эта тема вас сама зациклит, учитывая, что слухи, которым вы отчего-то не придаете значения, уже перелетели океан и кое-кто из наших заморских друзей очень ими заинтересовался. — Вы имеете в виду урантийских поттерманов? — спросил бледный Мурманцев. — Они, разумеется, не упустят возможности провозгласить в очередной раз явление машиаха, — брезгливо произнес Карамышев. — Предварительно попытавшись выкрасть ребенка. Наш агент в Штатах сообщил об этом недавно. Это их шанс на предстоящих выборах мельхиседека. Их кандидат уже начал делать довольно прозрачные намеки в своих выступлениях. И на этот раз в самом деле нельзя сказать, что их заявления будут голословны. |
