|
Ты любишь себя… молчи, молчи…Ты любишь собственную жизнь. Ты очень ценишь собственное достоинство и для тебя очень большой удар, что твоя вещь, часть твоей жизни – ну, ты почему то так решил, что я часть твоей жизни – с тобой не согласилась и от тебя ушла. Это тебя так оскорбляет. Бедняжка. Ты всё уже решил, и всегда все было так, как ты решал, а я испортила картину мировой гармонии. С таким идеальным – и не хочу быть вместе. Какая я сука… (пауза ) хотя и правда, сука. Не могу же я быть кобелём, по определению.
ПАРЕНЬ: – Ты о каких кобелях? Я тебе не изменял.
ОНА: – О чем ты? Ах да … Разные системы мышления. Разные миры. Знаешь, лучше изменял бы.
ПАРЕНЬ: – Ненормальная.
ОН: – Выражайся аккуратней, а?
ОНА: – Да, нет, зачем? Все правильно. Для них я ненормальная, а для меня они… (поворачивается к парню) Знаешь я ведь правда не твоя… как так можно жить.
ПАРЕНЬ: – Иди к черту! (уходя, останавливается; поворачивается) Кстати, свет выключил я.
ОН: – Где ты умудрился?
ПАРЕНЬ: – Не твое дело… Ты же профессиональный сторож. Вот и догадайся.
ОНА: – Зачем?
ПАРЕНЬ: – Не хотел видеть, как ты с этим стариком… Ладно, хоть сгорите оба. Мне плевать на тебя, поняла?
ОНА: – Слава Богу, наконец то!
ПАРЕНЬ разворачивается и уходит.
СЦЕНА 11
Пауза
ОНА: – Не скучная у тебя ночь, правда?
ОН: – Ну, оклемается. Его мама любит… Как мы незаметно попадаем в ловушки… Растёт человек, растёт и искренне думает, что он взрослый, самостоятельный, выстраивает собственную жизнь., думает, что теперь то он хозяин своей жизни!
ОНА (улыбаясь ): – На самом деле…
ОН: – На самом деле он подписался под хозяином под названием «работа» или, там, «карьера», а еще он подписался под так называемыми «интересами семьи». Это знаешь, что такое?
ОНА: – Если бы имела семью, может, и знала бы…
ОН: – Это когда двое собираются, производят еще одного двоих, и все начинают собою жертвовать. Он жертвует собой ради жены и детей, постепенно перестает быть мужиком. Она жертвует собой ради мужа и детей, постепенно перестает быть женщиной. Потом все пролетело и оба терпят друг друга ради детей, а дети терпят этих своих родителей, не понимая, ни зачем они появились на свет, ни почему им не дают жить, раз уж появились, ни почему они всем должны уже с самого детства – в том числе ходить на дурацкую художественную гимнастику или еще какую то хрень, а самое главное – в эту фабрику смерти под названием «школа».
ОНА: – Ну что же ты, прямо так.
ОН: – Сколько у тебя детей училось в школе?
ОНА: – Да пока, как ты догадываешься, не сподобилась. ОН: – А у меня двое… Нет, на самом деле все просто. Тот, кто сам не личность, не может научить другого быть личностью. ОНА: – А ты, личность? ОН: – Наверно, пока ещё нет.
Пауза
ОНА: – Прости… А как же твоя… Ну, в смысле мать Киры?
ОН: – А когда Надя ушла, и мы переехали сюда, уже не смогли быть вместе. Там растворилась в воздухе работа, здесь растворилась в воздухе семья. По моему, она до сих пор не может простить мне, что Надя ушла. |
