— Ладно, в общих чертах понятно. О цене будем разговаривать после того, как я узнаю все подробности. Я берусь. Люди есть. Рассказывайте дальше.

— Картель Бесара. Корпорация Вита Серв. Объект — Илайя Штрауб, по моим данным входит в совет директоров корпорации. Я обузой в операции не буду, поскольку являюсь…

— Являетесь лично заинтересованным бывшим офицером русской тайной полиции.

Немая сцена. Я кошусь на Марата, он выпучил глаза на Вика, сам ничего вроде не понимает. Наемник наслаждается произведенным эффектом. Хорошо еще, что Джоан здесь нет, а то бы количество офигевших глаз увеличилось еще на тридцать три процента. Но молчание начало затягиваться, и Вик, ехидно ухмыльнувшись, решил прояснить ситуацию:

— Некоторое время назад я начал постоянно мониторить все, что касается картеля Бесара. Почему — не суть важно, у меня свои к ним счеты и интересы. И тогда в сферу моего внимания попала эта самая корпорация Вита Серв. Особенно то, что у них невесть откуда появился в совете директоров совершенно случайный человек, не имевший никакого отношения к корпорации раньше. Назначенный сверху? Не похоже. Купивший долю? Как? И я начал расследовать этот вопрос. У меня много способов получения информации, поверьте, я подошел к сбору данных очень вдумчиво. И что же я нашел? — наемник откинулся на спинку дивана, наслаждаясь эффектом.

— Что? — почти хором спросили мы с Маратом.

— Что мистер Штрауб не только в корпорации возник из ниоткуда. Он вообще — человек из ниоткуда, у него гражданство одного из Вольных Миров Окраины, и получено оно недавно. А до того его следы почти терялись. Почти — потому, что я смог найти следы пропавшего без вести его однофамильца. И почти тезки, с учетом произношения. Подданного Российской Империи, представляете? А самое забавное состояло в том, что вместе с ним пропал без вести еще один подданный русской короны, офицер тайной полиции. Игорь Соловьев, если я ничего не путаю. Двое одновременно без вести пропавших, из которых появился только один? Я насторожился, господа, и это не сложно понять, правда? — Вик сделал паузу, достаточную для того, чтобы мы с доком переглянулись. А он опять припал к своему стакану и продолжил:

— Но именно с этого момента начались чудеса. Некий человек, мне на тот момент не известный, активно начал вмешиваться в дела корпорации. Во всяком случае, восемь нападений за два года — это достаточно активное вмешательство, на мой взгляд. И что же? Я проанализировал все данные, которые смог найти по нападениям. И по некоторым смежным делам, если вы понимаете, господа, о чем я. И знаете, к какому выводу я пришел? — он обвел нас победным взглядом.

— К какому, — настороженно спросил я.

— К очевидному. Игорь Соловьев не погиб. Более того, он знает, что Илайя Штрауб не погиб. И очень, очень этому не рад. А учитывая прошлое этого господина, я про Соловьева, я могу легко предположить, что за нападениями на Вита Серв и Штрауба лично вполне может стоять именно он. Во всяком случае, это мне кажется наиболее логичным. И тут мне представляетесь вы, Игорь, и сообщаете, что имеете цель. И эту цель я как раз приписывал пропавшему без вести русскому офицеру. За кого еще я должен был вас принять, сударь?

— Логично, Вик. И да, вы правы. Я и есть Игорь Соловьев. Но вот про все остальное — извините, я ничего вам сказать не могу.