Не достала, конечно. Но сам факт, что она пыталась контратаковать под давлением, говорил о многом. На моих губах расплылась довольная улыбка.

Куда делась та тихая, скромная девочка, что говорила о том, что её выбьют в первой же схватке? Нет, сейчас передо мной стоял кто-то другой. Кто-то, в чьих глазах горел лёд. Не огонь ярости, как раньше, а именно лёд, что заполняет глаза убийц. Холодный, расчётливый и очень терпеливый.

На мгновение меня обуяло чувство гордости. Именно я создал этого нового человека. Взял забитую девчушку и перековал её во что-то новое и опасное. Пройдёт пара месяцев, и уличный хулиган, решивший позабавиться за её счёт, будет валяться на земле, пытаясь не задохнуться от сломанной трахеи. Стыдно ли мне? Ни капли. В этом мире выживают только те, кто готов меняться.

Но была серьёзная проблема.

Я видел, как Алиса тяжело дышит. Как пот стекает по её лбу. Как подрагивают руки от усталости. Двадцать минут спарринга с постоянными передышками — и она уже на пределе.

Её техника была хороша. Её точность почти идеальна, но вот физические кондиции оставались крайне слабыми. Мышцы недостаточно развиты, выносливость низкая, сила ударов попросту смехотворная.

Против обычного ученика школы номер сорок семь этого хватит. Большинство здесь — мусор, который не умеет ни атаковать, ни защищаться. Алиса разберётся с ними без особых проблем, но на турнире будут не только слабаки. Будут те, кто тренируется годами. Те, у кого мышцы и рефлексы, отточенные сотнями спаррингов. Стоит ей попасть на такого бойца — и всё закончится за секунды.

Ей нужно что-то ещё. Что-то, что компенсирует физическую слабость.

— Достаточно, — я поднял руку, останавливая спарринг. — Отдышись.

Алиса кивнула и согнулась пополам, упираясь руками в колени. Её дыхание было просто ужасным, но, несмотря на тяжесть, она пыталась дышать правильно. Умница!

Я отошёл к стене и прислонился к ней, наблюдая за ученицей и пытаясь решить этот ребус. Физику не исправить за неделю, и за месяц тоже. У неё нет моего опыта целителя, чтобы работать с мышцами, а её ядро имеет более плотную структуру, чем моё, а значит, работать с её телом у меня не получится. Мои отвары не творят чудес, они лишь ускоряют. Всё равно нужны месяцы, чтобы построить настоящую боевую форму. У нас нет месяцев — до турнира осталось меньше двух недель.

Значит, нужно что-то ещё. Что-то, что сломает привычные шаблоны. У неё есть великолепная точность. Способность видеть уязвимые точки. Хладнокровие, которое я в неё вбил. И магия. Идиот! Я совершенно забыл о её второй стороне.

Я вспомнил тот день на уроке Ханта, когда мы все демонстрировали способности. Как Алиса вышла в центр класса, нервничая так сильно, что я думал: ещё немного, и она упадёт в обморок.

«Иллюзии», — сказала она тихо, закрывая глаза.

Воздух заколебался, и рядом с ней появилась почти идеальная копия. Кто-то в классе присвистнул.

«Интересно, — Хант подошёл ближе. — Визуальная составляющая сильная. А тактильная?»

«Слабая, — призналась Алиса. — При прикосновении рассеется».

«Работай над этим. Но потенциал есть. Ранг D подтверждён».

Тактильная составляющая слабая. При прикосновении рассеется.

И что с того?

В бою не нужно, чтобы иллюзия была твёрдой. В бою нужно, чтобы противник на долю секунды поверил в то, что видит. Доля секунды — это разница между жизнью и смертью. Идея начала формироваться в моей голове.

— Алиса, — позвал я.

Она выпрямилась, всё ещё тяжело дыша, но уже контролируя себя.

— Да?

— Твои иллюзии. Ты можешь создавать не полную копию, а часть?

Она нахмурилась, обдумывая вопрос.