— Дай сюда, — он протянул руку к планшету.

Клык молча передал устройство. Гремлин несколько секунд изучал экран, потом поднял голову.

— Молот. Карту графства. Большую, бумажную. Ту, что в сейфе, — голос Гремлина полностью изменился, теперь это был не вольный жаргон члена банды мотоциклистов, а солдата.

— Какого… — начал было Молот, но осёкся под взглядом Клыка.

Пока он ходил за картой, я смотрел на Гремлина, пытаясь понять, что вижу. Татуировки на руках, которые я раньше принимал за обычные байкерские рисунки, теперь складывались в другую картину. Военные символы. Номера частей. Даты, которые говорили о чём-то, что я не мог расшифровать.

— Шесть лет в артиллерийской разведке, — сказал Гремлин, не поднимая глаз от планшета. — Воздушная группа «Ястреб». Дроновод. Я находил цели для тяжёлых гаубиц и корректировал огонь. Когда мои данные подтверждались, от целей оставались только воронки.

Он поднял взгляд. В его глазах не было ни капли той расслабленности, которую я видел раньше.

— Потом был конфликт с командованием. Разбил пару лиц идиотам, из-за которых из моего отряда осталась лишь треть. Так я получил первую судимость. Вторая была по глупости, не привык к гражданке, а третья полностью заслужена. Ястребов превратили в поджаренную курицу, потому что один богатенький ублюдок, купивший себе лычки майора, не умел читать карты и думать. В память о парнях я вышел и нарисовал ему новую улыбку поперёк горла. — В голосе механика сквозило чувство удовлетворения, он был полностью уверен в том, что сделал. Армейское братство свято. Сколько их таких было в моём мире. Но не мне его осуждать, сейчас он мой единственный шанс успеть вовремя.

— Пусть я давно таким не занимался, но кое-что осталось, — он постучал пальцем по виску. — Клянусь Триединой, я найду твою девчонку.

Молот вернулся с большой бумажной картой, свёрнутой в рулон. Гремлин расстелил её на столе, придавив углы пустыми бутылками, и поставил планшет рядом.

— Последняя точка сигнала — здесь, — карандаш ткнул в карту, оставляя жирную чёрную точку. — Сорок семь километров к северу от города. Дорога уходит в болота.

Он начал чертить круги и линии, бормоча себе под нос. Я наблюдал, как хаотичные каракули постепенно превращаются в систему.

— Сигнал гас постепенно, — продолжал Гремлин, — значит, машина продолжала движение. Радиус поиска — пятнадцать-двадцать километров от точки потери сигнала. Дальше они бы не поехали — дороги заканчиваются, начинаются тропы, которые не выдержат обычный транспорт.

Карандаш очертил на карте большой овал.

— Теперь фильтруем. В болотах мобильная связь не работает, Wi-Fi — тем более. Значит, нужен проводной интернет. Оптоволокно или хотя бы старый добрый медный кабель. Сам Штайнер слишком умен, чтобы показаться там, значит, им понадобится связь.

Пальцы забегали по планшету, сверяя данные.

— Планшет у тебя, конечно, полное дерьмо. О, нашел. Вот провайдеры этого региона. Карты покрытия. Кто тянул кабель в эту глушь и зачем.

Прошла минута молчания. Потом ещё одна. Я стоял неподвижно, наблюдая за работой профессионала. В моём мире были разведчики, которые могли выследить врага по следам трёхдневной давности. Гремлин делал то же самое, но с помощью карт и цифр.

— Семь точек, — наконец сказал он, ставя на карте семь красных крестиков. — Семь мест в зоне поиска, куда тянется оптоволокно или выделенная линия.