— Ох, как у вас тут всё закручено, — восхитился доктор Рамиро. — Я так понимаю, что беглый колдун это не я.

— Синьор, если не возражаете, то для большей конспирации, пусть все считают колдуном вас, — смущённо опустив глаза, попросил юный чародей.

— Ангел — хранитель, вы спасли меня от мучительной смерти и наказали подлых врагов, — склонил голову старик. — Так что синьор Василий, я ваш покорный слуга.

— Верный друг мне по душе больше, — протянул руку Василиск.

Рамиро Бланко с чувством пожал ладонь юного товарища и позволил помочь подняться с травы.

— Ох, друзья, чую — путешествуя вместе с вами, не соскучишься, — улыбнулся старик.

— Да, мы те ещё затейники, — сгибаясь под тяжестью доверху набитых перемётных сумм, натужно пыхтя, приковылял к товарищам хозяйственный Бедолага.

Глава 16

Тропою ягуара. Часть 1

Василиск и Бедолага удачно совершили вещевой обмен в придорожной таверне, пожаловались хозяину постоялого двора на злодейку — судьбу, происки коварного колдуна и сбежавшего с ним подкупленного компаньона. Затем на осёдланных лошадях, загруженных провизией, заложили петлю, сначала по накатанному проезжему тракту в северном направлении, а потом по бездорожью круто завернули на юго — запад.

Осматривая местность глазами парящего под облаками орла, Василиск контролировал территорию на десяток километров вокруг. Просмотрев информацию из памяти птицы, чародей получил детальную карту окрестных земель. Посчитав более разумным двигаться к удобному для ночного привала укромному овражку возле берега ручья отдельными группами, Василиск отправил крылатого Ирокеза с голосовым посланием к Сармату. Телепат знал из отчёта проводника — ягуара, где временно затаился отряд. Василиску было проще мысленно общаться с птицами и животными, чем добираться через астрал к сознанию товарищей. Хотя чародей и мог войти в контакт с человеком напрямую, но не желал пугать ментальным вторжением в его разум. Любому будет неприятно, когда в голове вдруг зазвучит посторонний голос, а уж тем более, когда перед мысленным взором возникнут яркие картины миражей, созданных чародеем — телепатом.

К вечеру Ирокез и Котейка привели Сармата с Рамиро к высокому поросшему густым кустарником холму. Дождевые потоки сделали широкую промоину от его вершины до берега ручья, петлёй огибающего холм. Так что, свет разожжённого Бедолагой костерка, путники увидели, лишь достигнув склонов оврага. Правда, манящий аромат, исходящий от жарившегося на вертеле жирного фазана, почуяли ещё до поворота.

— Сармат, где тебя нечистая сила носит? — сразу накинулся на припозднившегося товарища Бедолага. — Я уже успел зажарить петуха, а ты всё никак походный котелок не довезёшь. Теперь голодный будешь сидеть, пока я кашу сварю… Э-э, да ты, лодырюга, и впрямь, хочешь увильнуть от работы. Оставь лошадей, я сам ими займусь. Давай, бери топорик, и пошарь по склону, наруби мне ещё дровишек. Да выбирай ветки посуше, чтобы не дымили.

Сармат флегматично скинул седельные сумки, расседлал лошадей, а уж затем, понукаемый злобным поваром, полез на склон оврага, собирать сушняк.

Василиск передал Рамиро свёрток с одеждой и изрядно поношенными сапогами.

— Надеюсь, с размером угадал.

— В моём положении выбирать не приходится, — разминаясь, устало прокряхтел старик. — Эх, ослаб я в темнице, ноги еле держат. Ну ничего, во время конного перехода важнее иметь твёрдую задницу.