Без остановок миновав отдельные строения вдоль дороги, изрядно уморив лошадей, беглецы съехали с пыльной колеи уже далеко за городом. Ягуар соскочил с передней повозки и подбежал ластиться к ногам хозяина, словно домашний кот.

— Молодчина, Котейка, хорошо бесов погонял, — ласково почесал за ушком замурчавшего от удовольствия кота — переростка Василиск.

— Эй, демоны, как вас там? — откашливаясь от пыли, глянул через плечо устало повисший на привязанных к верхней раме клетки руках старик. — Дайте хоть водички хлебнуть, раз уж спасли.

— Синьор Рамиро Бланко, извините, но времени представиться не нашлось, нужно было оторваться от погони, — виновато улыбнулся Василиск и слегка склонил голову. — Меня друзья кличут Василием, а моих спутников зовут: Сармат и Бедолага. Угроза ещё не миновала, так что продолжим запутывать следы. Сармат, распрягай лошадок из тюремной повозки и доставай наши сёдла и упряжь для верховой езды. Возьми из фургона походный скарб и оружие. Казну тоже с собой прихвати. А ты, Бедолага, проведи тщательную ревизию наших вещичек, помозгуй, какие пригодятся в дальнем конном походе.

— Так мне бросать жалко всё, — растерянно развёл руками хозяйственник. — В фургоне намного комфортнее путешествовать. Да и сёдла с упряжью у нас только на двух лошадок.

— Сёдла добудем, лишнее имущество распродадим, — взяв в руки флягу с водой и топорик, направился к тюремной повозке Василиск.

— Что — то покупателей я не вижу, — приложив ладонь козырьком ко лбу, выглянул из — под тента Бедолага. — Да и торговец из тебя никудышный.

— Ничего, сбросим неликвиды с большим дисконтом, — вскочив на тюремную повозку, принялся крушить топориком деревянную решётку Василиск.

— Ох, и любишь ты, Василий, заморские словечки, — недовольно проворчал Бедолага и, нырнув в фургон, загремел в закромах посудой.

Василиск быстро справился с брусьями решётки возле запора с железным замком, затем перерубил верёвки, стягивающие кисти узника, и вручил мученику фляжку с водой.

Старик уселся на дно клетки и, с трудом удерживая фляжку ослабшими руками, жадно присосался к горлышку с живительной влагой. Выхлебав добрую половину сосуда, доктор с трудом выполз на четвереньках из порушенного узилища и с тяжким вздохом опустился на придорожную траву.

— Ноги совсем не держат, — извиняясь, улыбнулся доктор. — Но удержаться в седле я ещё как — то смогу, если быстро не гнать лошадь.

— Вы с Сарматом сейчас вернётесь по дороге чуть назад, и неспешным шагом направите лошадей вверх по каменистому дну ручья, который мы недавно пересекли. А я с Бедолагой проложу след фургона дальше на север.

— Я много раз ездил по этой дороге, — кивнул Рамиро. — Там впереди, на перекрёстке дорог, расположен постоялый двор с трактиром. Если вас не затруднит, синьор Василий, то прошу купить для меня приличную одежду и какую — нибудь пару башмаков, а то босиком и в одной рубахе будет очень неудобно путешествовать.

— Вообще — то, мы не настаиваем на ваше участие в опасном предприятии, — пожал плечами Василиск. — Мы можем довести вас до ближайшего поселения аборигенов и оставить у краснокожих, ведь я слышал, что местные шаманы уважают доброго доктора бледнолицых.

— Народ майя покорён Метрополией и мне не удастся долго скрываться от испаньольских ищеек, — отрицательно покачал головой старик и удручённо вздохнул. — Возвращаться же назад в Старый Свет, мне тоже резона нет — там от шпионов Святой инквизиции не укроешься, везде их глаза и уши.