— Спокойная жизнь, — парировала она.

— Скучная, — с трудом пробормотал он.

— Уютная.

— Монотонная.

— Благоразумная.

— Унылая.

Она неожиданно укусила его любопытный палец.

— Наверное, нам просто надо решить, что здесь мы расходимся, — сказала она. В ее зеленых глазах тлел опасный огонь. — Я предпочитаю, чтобы моя жизнь была мирной, с минимальным количеством опасностей и насилия.

Стикс приложил ладонь к ее щеке. Он не мог отрицать того, что какую-то часть его существа мощно влечет к ее доброй душе. Она казалась неодолимым источником утешения после многих веков бесконечной жестокости. Однако Стикс оставался реалистом.

Оставаясь одинокой, Дарси представляла из себя потенциальную жертву.

— Это — прекрасная жизнь, ангел, но мало у кого есть твое нежное сердце, — мягко сказал он. — Тебе нужен кто-то, кто бы тебя защищал.

Зеленые глаза медленно сузились. Стикс был отнюдь не уверен в том, что это добрый знак.

— По-твоему, я не могу защититься сама? — спросила Дарси.

Он внезапно почувствовал, что проваливается в яму, которую вырыл.

— По-моему, ты пожертвуешь собой, лишь бы не причинить вреда другому, — настороженно ответил он.

— Мне не нужно меча, кинжала или пистолета, чтобы победить вампира. — Без всякого предупреждения она шагнула еще ближе и прижала обе ладони к груди Стикса. Он резко выдохнул, когда она начала решительно исследовать его напряженные мышцы. — Существует масса оружия пострашнее.

— Ангел…

Он задохнулся, когда она наклонилась и провела языком по его затвердевшему соску.

— Что?

Боги! Он стремительно обхватил ее обеими руками и с силой прижал к своему налитому желанием телу.

Она прекрасно продемонстрировала свою правоту. Он действительно полностью побежден этой миниатюрной женщиной!

— Действительно страшное оружие. — Его руки сжались. — Но лучше было бы, чтобы я оставался единственным вампиром, против которого ты его применяешь.

Его яростный голос заставил ее тихо рассмеяться.

— Поскольку остальные вампиры смотрят на меня так, будто я — какая-то гадость, прилипшая к подошве их ботинок, то полагаю, что могу спокойно дать тебе такое обещание.

Стикс был потрясен неожиданным темным чувством, которое заставило сжаться его сердце. Одержимость. Другого названия для этого не было.

— Наверное, мне следовало уточнить, что я имел в виду всех демонов, смертных, фэйри и других существ этого мира или любого другого.

Она наклонила голову и внимательно всмотрелась в его лицо:

— Это звучит очень… всеобъемлюще.

Ее губы снова изогнулись, словно она нашла нечто забавное в его пугающей реакции. Но прежде чем он успел запротестовать, она снова опустила голову — и ее губы заскользили по его успевшей зажить груди.

— Значит, ты не хочешь, чтобы я делала это… — се пальцы дразняще переместились по его животу к поясу брюк, — или это… — потянув пояс, она расстегнула пуговицу и открыла молнию. Стикс сдавленно застонал, — никакому другому мужчине?

Стикс уткнулся лицом в сладкий изгиб ее шеи.

— Боги, ты смертельно опасна! — прохрипел он, мысленно добавив, что убьет любого мужчину, до которого она так интимно дотронется.

Однако он не видел необходимости смущать ее нежную душу такой мыслью.

— Я тебя предупреждала, — выдохнула она.

Он погрузил пальцы в ее шелковистые кудри, а она нетерпеливо сдернула с него брюки, после чего ее ладони обхватили его в ласке, от которой подкашивались ноги.