Ворон выбрался из салона и встал рядом.

– А у вас на даче хор-рошо, – отметил он.

– Это ты ещё на участке не был, – улыбнулась Нора. – Бабушка там настоящий маленький рай создала.

Глава 13

Гаврила Ратников

Чем дальше они уходили от странного дворика, тем меньше терпения оставалось у Глеба.

– Это что вообще за место? – наконец прорвало стажёра.

– Задворки, – коротко ответил Брют.

Он думал о чём-то своём и не стремился этим делиться.

– Разве это не сказки?

– Ты в Ладном мире живёшь, тут всё не сказки! – психанул Брют.

Глеб замолчал. Задворками называли места, где пространство мутировало и перестало работать по правилам. Туда уходили знатки, которые не хотели соблюдать правила. Всякие-разные прятались там от Стражи. Район, полный отребья. Глеб знал, что в их городе есть задворки. Каждый огромный город в какой-то момент начинает жить своей жизнью и диктовать свои условия. Люди меняют любое место, куда приезжают, а место подстраивается под человека. Или другое существо, что селится там, где ему безопаснее всего. Задворки считались таким убежищем для всяких-разных – тут невозможно найти нужное, как и уйти живым, если место само не отпустит. В каждом городе есть свои задворки со своим характером и своими правилами.

– А кто он вообще? – снова спросил Глеб, вспомнив странного деда и деревянную фигурку.

– Росли вместе, – коротко ответил Брют.

– Разве он не должен был давно умереть? – Глеб попытался вспомнить, сколько лет Брюту.

– А ты не заметил? – Стражник остановился. – Он давно не человек.

Глеб не хотел признаваться, что от страха вообще ничего не понял на задворках, и промолчал.

– А что не так с котами и медведями?

Брют не стал отвечать на этот вопрос и просто пошёл дальше. Скат Иваныч не зря дал этот адрес. И теперь зама мучили вопросы: имеет ли старый друг отношение к убийствам и откуда Скат Иваныч знает про задворки? Знал ли про них Як? Глеб еле поспевал за Брютом. Фигурка медведя не шла из его головы. А ещё когтистая лапа, которая скребла землю под кустом.

– Погоди. – Брют резко остановился, Глеб не успел затормозить и влетел ему в спину. – Чувствуешь? Смерть. Недалеко тут. Как те две.

– Очередной труп? – Глеб прислушался и тоже почувствовал чужую смерть.

Неужели он стал понимать, что такое Стража?

– Похоже на то. – Брют выпустил пчёл и посмотрел, куда они полетели.

– Пограничников позвал? – уточнил Глеб.

– Сначала надо посмотреть, что нас ждёт.

Глеб очень не хотел туда идти. Он помнил первую жертву, это жуткое искорёженное тело. Помнил вторую, вдавленную в стену.

– Вопрос, – вдруг осенило Глеба.

– Мм? – Брют уже направился вслед за пчёлами.

– Если в Явном мире у всяких-разных нет тел, – Глеб опять еле поспевал за замом, – то почему у второй жертвы было три ноги?

– Мутировал, – ответил Брют. – Скорее всего, заклинание так сработало, что человеческое тело стало изменяться.

– Ужас. – Глеб ещё больше сжался, мечтая оттянуть момент, когда он увидит третью жертву.

Брют же, наоборот, спешил, надеясь, что жертва ещё жива и что-нибудь скажет. Правда, густой дух смерти красноречиво говорил об обратном.

Пчёлы привели в парк. Классический для спальных районов: пруд и фонтан, детская площадка, а вокруг разбегающиеся узенькие аллеи.