– Я не могу, – задыхаясь, вымолвила она.

– Ты не можешь потанцевать со мной?

– Потанцевать?

Классическая музыка все еще звучала. Теперь это была медленная и невероятно романтичная баллада Джеффри Осборна «Только раз», которую Джесси очень любила. Она стала изучать лицо Люка и немедленно потерялась в одинокой красоте его черных глаз. Интересно, ему тоже нравилась эта песня?

Голос певца спрашивал, существует ли способ в конце концов сделать так, чтобы все было хорошо…

Люк поднял ее руки и замкнул их в кольцо вокруг своей шеи.

– Только раз, – сказал он, проводя ладонями по изгибу ее рук. – Потанцуй со мной… только один раз.

Его руки скользнули вдоль ее тела, и в груди Джесси родился и замер стон. Большими пальцами Люк мимоходом коснулся ее грудей, вызвав у нее такое острое ощущение, что она содрогнулась и едва не потеряла сознание.

– Ради тебя? – прошептала Джесси, борясь с желанием прижаться к нему, когда они начали двигаться в такт музыке.

– Ради меня… Печальная и сладостная мелодия вилась вокруг танцующей пары, набрасывая на них волшебную вуаль, словно вернувшую их в прошлое. Через несколько куплетов Джесси поняла, что не в силах больше сдерживаться, и прижалась щекой к его плечу, крепко обхватив пальцами шею. И тут они стали похожи на влюбленных школьников на выпускном вечере – Люк уткнулся лицом в ее вьющиеся рыжие волосы, словно подросток, который не решается сделать следующий шаг к близости, а Джесси висела на нем так, как будто она была безумно влюблена в него и не могла дождаться момента, когда они останутся одни и он начнет покрывать ее с головы до ног жадными поцелуями.

Люк касался губами ее затылка, без слов мурлыкая мелодию, и Джесси внезапно поняла, что это была ее отроческая фантазия. Когда-то она только и мечтала о том, чтобы вот так танцевать с Люком, быть его девушкой, даже делать с ним «это» в одну из тех темных ночей, когда они плавали в заливе. «Ах, Люк, – подумала она, вздыхая, – я слишком долго ждала этого танца. И ждала так отчаянно. Ты никогда не узнаешь как».

Когда зазвучали последние аккорды. Люк, по-прежнему держа Джесси в объятиях, замедлил свои движения. Постепенно они остановились и остались стоять – с закрытыми глазами, с бьющимися в унисон сердцами. Чуть-чуть откинувшись назад, Люк коснулся ее лица, и Джесси поняла, что он хочет поцеловать ее. Но она поняла и кое-что еще: поцелуем дело не закончится. Он не остановится. Он был слишком возбужден. Джесси чувствовала, как набухшее орудие его страсти с силой прижимается к ее бедру. Это вызвало у нее такой приступ влечения, что она остро пожалела о своей клятве не вступать с ним в супружеские отношения.

Люк провел тыльной стороной ладони по ее волосам, по нежной линии щеки, по гладкой, как шелк, ушной раковине. Джесси подняла голову и поразилась яркому сиянию его глаз. Она ожидала увидеть в них желание и не ошиблась – оно было там, мужское и несгибаемое. Но в них было и кое-что еще, к чему она была не готова – удивление и любопытство, искорка нежности и даже нечто более сладкое – тоска. Пальцы Люка застыли на ее щеках. Его дыхание прерывалось. Джесси почувствовала, его трясет.

Ей было трудно даже представить себе, что он мог чувствовать то же самое, что и она – потребность в близости, беззащитность, сопровождаемую таким острым влечением, что легко было забыть про всякую осторожность.