|
Сирена выключилась, но синяя лампочка продолжала мигать. Картер понятия не имел, для чего она предназначена. Может, это прибор спутниковой навигации, отмечает местоположение? Или сигнал тревоги, только беззвучный? Впереди в нескольких сотен ярдов находились ворота, они уже показались, но горгона явно настигала его и даже немного поменяла направление движения, устремилась наперерез, стараясь отсечь его от выезда. Картер дал полный газ — «мерседес» рванулся вперед, точно породистая скаковая лошадь, но дорога была узкой и извилистой. И тут вдруг он увидел белую лошадь, а на ней всадника — это был Башир, конюшенный, — они выскочили на дорожку прямо перед лимузином. Картер резко затормозил, машина остановилась, лошадь от испуга взвилась на дыбы, сбросила наездника, и парнишка покатился к обочине дороги. Не успел Картер опустить боковое стекло и окликнуть Башира, как тот вскочил на ноги и бросился наутек. Он бежал что есть силы, а лошадь… лошадь жалобно ржала и била копытами. Поначалу Картер не понял, от кого она отбрыкивалась, затем вдруг заметил огромную черную тень, но не мог разобрать ничего больше. А затем вдруг дорожку осветило зарево пожара — языки пламени все приближались, — и Картер разглядел темно-зеленое чешуйчатое тело и зазубренный в верхней части хвост, мечущийся из стороны в сторону. Горгона… — она мгновенно преодолела расстояние — как ей только удалось так быстро? — и впилась в лошадь длинными когтями. Картер бешено бил ладонью по клаксону, но громкие гудки ничуть не испугали чудовище. Лошадь вырвалась и попыталась бежать, белая грива была запятнана кровью, но горгона резво вскочила ей на спину, точно некий чудовищный всадник, и бедное животное тотчас рухнуло на землю, растопырив все четыре сломанные ноги, а потом медленно повалилась на бок. Картер надавил на педаль газа и пытался объехать чудовище, но передними колесами наехал ему на хвост, машина подпрыгнула, горгона махнула когтистой лапой и задела днище. Картер услышал скрежет когтей по металлу, а затем увидел, как горгона приподняла тяжелую голову от умирающей лошади и впилась зубами в задний бампер. Ворота уже совсем рядом, но охранника Ли не было видно, а сами ворота плотно закрыты… Картер рассчитывал, что лимузин сможет их пробить. Он до отказа выжал газ, вжался спиной в сиденье, руки намертво впились в рулевое колесо и… машина врезалась в ворота. Скрежет металла, голубые искры посыпались от замка, и обе створки распахнулись. Лимузин вылетел из ворот. Его развернуло на площадке перед входом, взвизгнули шины, но Картеру удалось удержать контроль над управлением. И вот он уже несется вниз по склону холма. Здесь что, нет подушек безопасности? Но он тут же вспомнил, что это бронированный автомобиль и сделан он с учетом того, что ему, возможно, придется пробивать барьеры и препятствия. Подушка безопасности в этом случае могла бы просто обездвижить водителя. Машина аль-Калли была способна преодолеть любую преграду и мчаться дальше как ветер. Впрочем, в этот момент Картер хотел от нее только одного — чтобы она помогла ему пробраться через этот сюрреалистический пейзаж. Облака в небе приобрели жутковатую красную окраску, воздух приобрел горьковато-кислый привкус гари, ветви пальм шуршали над головой, словно сухой пергамент, а Картер мчался к жене и сыну. Он на большой скорости ехал вниз по извилистой дороге, мельком отмечая, как из ворот и гаражей поспешно выезжают десятки машин. На протяжении всего пути к городу он то и дело поглядывал в зеркало заднего вида. Он поступал вопреки старой поговорке: не оборачивайся, иначе тебя непременно кто-то станет преследовать. Он знал: в то, что осталось позади, все равно никто никогда не поверит. Хотя, судя по скорости, с которой распространялось пламя, и его силе, там, позади, вряд ли вообще останется что-то или кто-то. |
