— Но Гришка ему наверняка позвонит, если мы сообщим.

— Надо его подготовить морально, тогда не позвонит. И потом, надо обязательно Гришу предупредить. У нас ведь, условно говоря, «международная игра» идет. Клеточки и фигурки на многих континентах стоят. Так что ему и за собой надо следить, тем более что в ихнем «Мазутоленде» обстановка весьма сложная.

— Везде, Сергей Сергеевич, где есть алмазы, нефть и уран, — печально вздохнул Комаров, — обстановка, как правило, сложная… В России, например, тоже.

— Все! — рявкнул Баринов. — Шагом марш спать, товарищ полковник!

Команда «отбой» была!

— Понял, — кивнул Владимир Николаевич и вышел. Баринов сделал приличный глоток из кружки с немыслимо крепким кофе и, потеребив бороду, начал щелкать клавишами компьютера, настраивая СППК на связь с африканской страной, которую в ЦТМО полушутя именовали «Мазутолендом».

В это время из приоткрывшейся двери показалась физиономия секретарши.

— Сергей Сергеевич, Ларису Григорьевну примете?

— Пусть подождет малость, у меня разговор… — бросил Баринов.

— Она говорит, что у нее срочное дело. По поводу Нефедовой…

— Ладно, пусть заходит.

В кабинет на высоких каблуках процокала сорокалетняя, но очень стройная блондинка в белом халате. Лет пять назад она была шатенкой, но в последние годы упорно красилась под солому. Вероятно, потому, что так легче было спрятать раннюю дину.

— Что там у вас с Нефедовой? Опять сбежала? — хмуро произнес Сергей Сергеевич, поглядывая на монитор, где мерцала надпись «satellite offline». — Давайте быстрее и не рассусоливайте!

— Нефедова просит у вас аудиенции, — доложила заведующая 8-м сектором ЦТМО.

— На какой предмет? — ворчливо поинтересовался Баринов. — Опять же сейчас уже 22.20. Она до утра не может подождать?

— Говорит, что не может. Потому что к утру все может резко измениться.

— Что может измениться?

— Этого она не говорит. Скажет только лично вам.

— Как у нее ребенок?

— Нормально развивается, никаких аномалий и суперспособностей не проявляет. Кушает, писает, какает и спит без замечаний. Вполне приличный трехмесячный мальчик.

— Ну, и что ей еще надо?

— Спросите у нее самой. Она, между прочим, угрожает, что если вы ее не примете, то могут быть жертвы.

— Вы ее не в приемной оставили?

— Нет, в палате. Привести?

— Ведите, черт с вами. Если я буду по телефону говорить — немного подождите. Если она по ходу всех этих перемещений по ЦТМО опять удерет — я вас повешу! На Доску почета, конечно.

— Если она сбежит, надо вешать не меня, а Аню Петерсон. Это она разработала контрсуггестивную программу.

— Там разберемся, идите! — Сергей Сергеевич увидел, что появилась надпись «satellite on line», и принялся стучать по клавишам.

Вскоре связь была установлена. На мониторе возникло изображение некоего лохматого, вспотевшего, явно растерянного мужика в кремового цвета рубашке с расстегнутым воротом.

— 3-здрассте… Сергей Сергеевич… — запинаясь, пробормотал абонент.

За его спиной просматривался какой-то красочный календарь с натюрмортом из тропических плодов с надписью «BARMA FRUIT».

— Что с тобой, Чулков? — сурово спросил Баринов. — Перегрелся?

Геморрагическую лихорадку подхватил?! Гришу позови.