|
И так протопали целых два километра, пока Васку Луиш не велел передать по колонне, что войско уже вышло из поля зрения карвальевского НП и можно зажигать фонари. Однако сразу после этого он дал команду «бегом марш!», должно быть, потому, что бойцы малость отставали по времени. Все джун-глевое сообщество поспешно зашуршало и запрыгало прочь от дороги. Эта стая людей, увешанных неприятно пахнущими железяками, явно доверия не внушала. К тому же где-то в стороне от тропы с треском рухнуло сгнившее на корню дерево и внесло переплох в стаю каких-то мартышек или макак — Таран ни фига в обезьянах не понимал! — которые спросонья дунули наутек не в ту сторону, промчались где-то над головами, после чего почуяли человечий дух и, еще пуще напугавшись, с визгом понеслись обратно, да еще и обосрались сдуру. Никого вроде не задело, но аромату на тропе прибыло. Сразу почуялось, что это меньшие братья человека…
Тем не менее, когда, пробежав еще пару километров вниз до обещанной грунтовки, бойцы выскочили к скромно стоящему без огней и с неработающим мотором БТР-50ПК, Васку Луиш сказал, что шума наделали не больше, чем бывает при ночной охоте леопарда. — Начальник, — нескромно заметил Механик, насчет леопардов предупреждать надо было! Проверь, может уже не хватает кого? — Проверим, проверим! — ворчливо отозвался Болт, наспех подсчитывая по головам тех, кто грузился в драндулет. — Все? Перекличку делать не надо? — Поехали, — сказал Богдан. — Раз я пришел, значит — все на месте. — Луза не потерялся? — озабоченно спросил Гребешок. — Здесь я… — пробасил детинушка. — Ну и как лоб? — участливо спросил его землячок. — Нормально… — Луза, конечно, на всякий случай потер указанное место. — А чего лоб-то? — Но ведь это ж ты лобешником впаялся и дерево с мартышками повалил? — невинно спросил Гребешок. — Не, дерево это не я… — вполне серьезно ответил Луза, правда, после некоторого раздумья. Народ, конечно, так гоготнул, что даже заглушил рокот заурчавшего двигателя. — Хватит ржать! — рявкнул Болт. — Больно весело едем — не к добру! Тихо! Команданте, рассказывай. — На этой грунтовке должно быть все нормально, — перекрикивая мотор, проорал Луиш. — Исключение — мост через Риу-Тамборуш. 20 кэмэ отсюда. Через него лучше пешком перейти, а БТР отдельно пустить. Очень слабый! — Та-ак… — мрачно сказал Болт. — А ежели он и под пустым бэтээром хлопнется? На чем через озеро поедем? — Под пустым — не хлопнется! — твердо заявил Васку. После этого все равно стало не до ржачки. Перспектива форсировать озеро на подручных средствах — 500 метров все-таки! — мало кого устраивала. Даже при том, что крокодилов в нем не имелось. Опять же очень клево воевать, когда в тылу разрушенный мост на горной дорожке… Впрочем, сама дорожка тоже «порадовала». Сначала, пока она шла по невысокой насыпи вдоль какого-то ручейка, было еще ничего. Этот ручеек, вытекавший откуда-то справа, из-за высотки, с которой они спустились к дороге, напоминал о себе только легким журчанием, которое сквозь гул мотора никто и не слышал. Однако через какое-то время, после того, как прошло минут двадцать езды, глянув в бойницу на правом борту, Таран увидел, что грунтовка идет по откосу хоть и узкого, но довольно глубокого и извилистого речного каньона. Через сетчатый «шалаш», стоявший над боевым отделением БТРа, при свете луны было видно, что слева, выше по склону, стоит лес, буквально нависая над дорогой, а справа через бойницу наблюдался довольно крутой обрыв, точнее, оползневая осыпь. |
