Метров в пятидесяти от моста дорога стала шире. Свет фар уперся в некое подобие стенки из валунов и мешков с песком, в середине которой была поставлена какая-то хреновина, сколоченная из жердей и досок, опутанная колючей проволокой. Heсколько солдат с автоматами и «РПГ», безусловно, опознали БТР, но все же показали, что службу несут бдительно. Окликнули, наставили оружие. Васку Луиш пошел договариваться, и через пару минут два бойца легко оттащили свою «рогатку» с пути. Таран подумал, что ежели б они позабыли это сделать, БТР раздавил бы ее и не почесался. Правда, Луиш потом объяснил, что «рогатка» только символизирует, что дорога перекрыта, а ежели надо ее, в натуре, перекрыть, то у здешних солдатиков есть в запасе камушек весом в несколько тонн, лежащий на наклонной плоскости и подпертый кольями. Чуть что: пара ударов топором — и хрен проедешь.

Как и обещалось, через мост прошли в пешем порядке. — К машине! — скомандовал Болт, когда БТР, заехав внутрь предмостного укрепления, остановился. Откинули сетки и слезли, построились в колонну по одному.

Солдатики сдвинули еще одну «рогатку» и все в том же порядке, Васька — впереди, двинулись через мост.

Сей стратегический объект и впрямь вызывал серьезные сомнения в своей устойчивости. Проложен он был между двумя утесами, далеко выдававшимися в речной каньон и сужавшими реку до ширины в полсотни метров. До воды от настила моста было метров двадцать — вполне прилично, если падать. Неведомые зодчие сколотили и свинтили его из деревянных деталей, всяких там раскосов и подкосов, вытесанных топорами, при по-. мощи кованых болтов и скоб, положили сверху продольные и поперечные брусья, а по ним пустили настил из доски-сороковки.

Нечто похожее Таран видел когда-то в учебнике истории под названием «мост Кулибина». Кулибин свой одноарочный мост через Неву так и не соорудил, а вот здешние — сумели. Одно приятно — на кулибинскую арку даже БТР, пожалуй, не взобрался бы, а тут брусья и настил лежали все-таки горизонтально. Но зато шатались — ого-го-го! Васку Луиш и тот небось нервничал, когда где-то на середине моста отчетливо почуял, как пролет ведет в сторону. А впереди Тарана, там, где топал Луза, что-то вообще зловеще похрустывало и поскрипывало.

В общем, когда все оказались на той стороне, где было такое же предмостное укрепление, как и на левом берегу, то испытали легкое облегчение.

— Заворачивай БТР, — сказал Болт Луишу. — Не пройдет он здесь ни хрена.

— Пройдет! — уверенно возразил Васька, снял с башки каску и протер беретом вспотевшую лысину. — Где олень не пройдет, там русский солдат пройдет, а где русский солдат пройдет, там и наш БТР проедет. Так меня в Академии Фрунзе учили.

— Ты отвечаешь! — скорее констатировал, чем предупредил Болт.

— Отвечаю, отвечаю… — отмахнулся команданте и, вытащив рацию, произнес пару фраз для проверки связи с БТРом. Оттуда отхрюкались, после чего БТР малость сдал назад. Васку Луиш отсчитал в рацию:

— Уну, дош, треш… Аванте!

Дизель взревел, БТР, лязгая гусеницами и бренча панцирными сетками, рванул вперед, влетел на мост и благополучно оказался на правом берегу — «жив-здоров назло врагу», как выражался Твардовский. Мост тоже не пострадал, хотя Тарану показалось, будто его качало аж на метр из стороны в сторону.

Последние десять километров проехали относительно спокойно.