– Полковник, вот уже почти девяносто лет, а если быть предельно точным, то более ста тридцати лет вы только тем и занимаетесь, что уничтожаете ни в чём неповинных людей не только в нашей стране, но и во всём мире. Впрочем, вы, пиндосы, делаете это уже больше двухсот лет, а потому пора бы и вам почувствовать, что такое война.

Как только я умолк, было взорвано термоядерное устройство, отчего в помещении вспыхнули красные огни, а секунду спустя лёд, мгновенно превратился в белое, искрящееся крошево и вспучился огромным пологим, круглым холмом. Через ледяное крошево в небо взметнулись струи вспененной воды и вскоре стали быстро оседать вниз. Над местом взрыва образовалась огромная воронка, которая сначала всосала в себя ледяное крошево, перемешанное с водой, а затем привела в движение окружающие его льды. Ещё через несколько секунд, осветительные авиабомбы ещё только опускались вниз, но картинка всё это время дрожала и дёргалась, в небо взметнулся фонтан воды и ледяного крошева, от которого во все стороны пошла волна, состоящая сначала из ледяных торосов, но по мере удаления от эпицентра взрыва, льды просто изгибались под ещё мощью и трескались, но уже не вставали на дыбы.

Осветительные бомбы одна за другой падали в воду, но продолжали гореть и в ней, а потому сверху было видно, что в этом месте образовалось нечто жуткое на вид. Вспыхнула вторая серия осветительных бомб и в их свете было видно коричнева-то бурая, пенящаяся жижа, но никаких огненных фонтанов в небо так и не ударило. Затем осветительные бомбы вспыхнули на расстоянии в сто километров от места взрыва и в их свете было видно, как по направлению к Кольскому полуострову и Норвегии движется, набирая скорость, высоченная волна. Полковник схватился за голову. В эту самую минуту он подумал: – «Чизес Крайст, ведь она скоро домчится до Америки и может ударить даже по Нью-Йорку!». Вскоре экран погас и я будничным тоном предложил пиндосу:

– А теперь, полковник, выходите на связь со своим непосредственным командиром и постарайтесь объяснить ему, если мы не обменяем вас на то, в чём мы нуждаемся больше всего, то через две недели точно такое же термоядерное устройство будет взорвано под каким-нибудь городом на западном побережье Америки. Каким именно, я не стану говорить вам, чтобы создать очень волнующую интригу...

Тут меня перебил чей-то громкий голос по внутренней связи:

– Лют, ты мне не поверишь, но наши учёные сказали, что мощность взрыва явно превысила десять мегатонн. Это победа, старик! Ты просто не представляешь себе, чего нам удалось достичь.

Выслушав этот радостный возглас, я продолжил давить на врага с удвоенной силой:

– Как вы понимаете, полковник, хотя небо для нас пока что закрыто, под водой мы можем доставить термоядерную боеголовку мощностью в десять мегатонн куда угодно, а наши подводные копальщики смогут прорыть тоннель хоть до Канзас-Сити, так что настало время платить по счетам. Теперь вы уязвимы для нас, а мы для вас по-прежнему нет. Своими варварскими бомбардировками вы мало того, что загнали нас под землю, так ещё и уничтожили множество ни в чём неповинных людей, а потому мне плевать не только на всех пиндосов, но и на тех ублюдков, которые молча смотрели на то, как вы превратили нас на свою беду в мутантов. Ещё больше мне плевать на всяких там норвежских азиатов, захвативших наш Кольский полуостров и вскоре вы увидите, как они сгорают за живо на платформах Штокмановского месторождения. Поверьте, это будет для них вполне заслуженная кара и я точно не стану проливать по ним слёзы.