— Владимир Всеволодович, — раздался в трубке молодой мужской голос, — вы, наверное, меня не помните. Я Константин Теплов, сын вашей однокурсницы Марии…

— Костя? — перебил Мономах. — Конечно же, я тебя помню!

Когда-то Маша была его закадычной подружкой. Они вместе поступили в институт, учились в одной группе и вели довольно беспутную, но запоминающуюся и полную приключений студенческую жизнь. Одно время они встречались, но быстро поняли, что не подходят друг другу, и остались друзьями. Мономах присутствовал на Машиной свадьбе и даже встречал ее из роддома вместе с ее мужем, военнослужащим, но после этого их пути разошлись. Мария, проработав около десяти лет терапевтом в частном медицинском центре, занялась преподаванием. В последний раз они виделись лет пять назад на какой-то конференции, куда Мономаха без особой надобности буквально выпихнул главврач. Однако они регулярно поздравляли друг друга с праздниками по электронной почте или по телефону — как получится. А Костю Мономах помнил долговязым студентом Первого меда, мечтавшим стать светилом мировой медицины.

— Владимир Всеволодович, мне очень нужно с вами встретиться, — сказал Костя. — Вы сможете уделить мне полчасика?

— Что-то с мамой? — забеспокоился Мономах.

— Нет-нет, к маме моя проблема отношения не имеет… Кстати, я бы попросил не сообщать ей о моем звонке, если возможно.

— Разумеется, не буду, если ты не хочешь.

— Сегодня?

— Сможешь в обеденный перерыв, часа в два?

— Отлично, спасибо!

— Только ты звякни, когда будешь подъезжать, чтобы напомнить о встрече, лады?

Мономах сбросил парню адрес эсэмэской. Придется выкроить время для встречи, пожертвовав обедом.

— Вот, возьмете с собой! — словно прочтя его мысли, сказал Сархат, плюхая на стол пластиковый контейнер. — Нечего в столовке лопать всякую гадость: здесь котлеты и пюре из брокколи с картошкой.

— Что бы я без тебя делал! — пробормотал Мономах.

— С голоду бы померли, как пить дать… Ну, я пошел кормить Капитана!

Вытащив из холодильника миску, наполненную аппетитными кусочками фруктов, Сархат удалился в гостиную. Мономах дохлебал кофе и отправился одеваться.

* * *

Моросил мелкий, противный дождик — обычное дело для этого времени года. Алла бодро шлепала по лужам в новеньких резиновых сапогах, купленных в интернете: ценя дорогую кожаную обувь, она предпочитала не надевать ее в подобную погоду, хотя, прямо скажем, комфортом приходилось жертвовать. Ноги в резине потеют, да и фасон, честно говоря, оставляет желать лучшего, однако пару часов можно потерпеть.

— Недобрый день, Алла Гурьевна! — мрачно поздоровалась судмедэксперт Сурдина, крошечная, похожая на маленькую обезьянку женщина с железным характером. Как это часто бывает, в ее случае внешность обманчива: Сурдина являлась исключительным профессионалом в своей области, и Алла обрадовалась, увидев именно ее на месте преступления.

— Недобрый, — вздохнула она. — Что скажете, Анна Яковлевна?

— Женщина, на вид тридцать лет. На первый взгляд причина смерти — утопление, но, как обычно, нужно удостовериться. Почему вы здесь?

— В смысле?

— Ну, все-таки целый подполковник СК…

— У заместителя председателя Законодательного собрания пропала дочь, ее ищут.

— А-а, все ясно! Хотите проверить, не она ли это?

— Точно!

— Прошу!

Алла подошла ближе, Сурдина откинула непрозрачную пленку, которой уже успели прикрыть тело, — видимо, работа с ним была закончена.