Когда они вошли в покои Анны, Велвет осторожно прикрыла за собой дверь. А доктор Фрейзер сразу понял, что происходит.

— Помогите мне раздеть ее. — Совместными усилиями они сняли с Анны почти всю одежду. — Мистрис Анна, у вас боли?

— У меня будто внутренности разрывались — так было больно. Но теперь все прошло.

— Вы потеряли немного крови, но сейчас схватки прекратились.

Доктор вопросительно взглянул на Велвет.

— Все нормально, доктор Фрейзер, — ответила она. — Я в курсе.

— Существует только одна возможность спасти ребенка, да и то небольшая, — сказал Фрейзер, потом осведомился: — Насколько я понимаю, вы не замужем, миледи?

— Ничего подобного, — возразила Велвет. — Анна — принцесса Уэльская. Они с Джеймсом обвенчались в Бреде в конце ноября.

Доктор Фрейзер побледнел. Джеймс был наследником трона, и, следовательно, ребенок Анны становился третьим по значимости Стюартом.

— Миледи, вы должны оставаться в постели, держа ноги в приподнятом положении. Я дам вам снотворные пилюли, ибо только покой и отдых помогут избежать выкидыша. Кроме того, я приглашу сиделку, которая будет неотлучно находиться у вашей постели. Она сразу позовет меня в случае каких-либо изменений в вашем состоянии. Надеюсь, леди Монтгомери, вы присмотрите за ней, пока не придет сиделка.

— Разумеется, доктор.

Когда Фрейзер ушел, Велвет придвинулась к постели Анны.

— Вам удобно?

— У снотворных пилюль ужасно горький вкус, но в целом мне уже гораздо лучше.

Велвет сжала руку Анны, оказавшуюся красной и шершавой.

— Хотите, чтобы я сообщила о произошедшем вашему мужу? — спросила Велвет.

— Нет-нет, не надо, — поспешно ответила Анна. — Я также надеюсь, что все это останется тайной и для моего отца.

Когда в покои пришла сиделка и Анна забылась сном, Велвет решила, что имеет полное право удалиться. Вернувшись в Большой зал, она обнаружила, что принцесса Мэри рассказывает Чарлзу о постоянно мучившей ее головной боли. Барбара же скрылась в столовой, где уже подавали ужин, но Бакингем не торопился покидать короля. Велвет дотронулась до его рукава и со значением посмотрела на него. Герцог, будучи человеком очень неглупым, сразу же понял, чего она хочет. Обратившись к принцессе Мэри, он проговорил:

— Кажется, у Генри Джермина есть отличное средство от мигрени. — Герцог предложил леди Мэри руку. — Не желаете ли поговорить с ним об этом?

Поскольку Джермин, чтобы не выдать свои чувства, старался держаться от принцессы подальше, леди Мэри с Бакингемом отправились разыскивать его. Велвет же, приподнявшись на цыпочках, прошептала Карлу на ухо:

— Сир, у Анны опасность выкидыша.

Король нахмурился и спросил:

— А что случилось? Что с ней?!

Велвет приложила палец к губам, затем шепнула:

— Спросите у Фрейзера.

Когда же король ушел, она пробормотала себе под нос:

— Пойду-ка я спать, не то мне придется объяснять Барбаре, куда вдруг исчез король.

Когда Велвет проснулась на следующее утро, выяснилось, что утренняя тошнота у нее исчезла. Выглянув из окна, она обнаружила, что пошел снег. За одну ночь все вокруг стало белым, и весь мир казался свежим, чистым и ярким. Одно лишь огорчало: Монтгомери скорее всего уже уехал из Уайтхолла, оставив ее в одиночестве. «Нет, не смей об этом думать!» — тут же приказала себе Велвет. Быстро позавтракав, она направилась в покои Анны. Обнаружив, что та крепко спит, Велвет не стала ее тревожить и сказала служанке:

— Когда миледи проснется, передайте ей, что заходила леди Монтгомери.