— Боюсь, карета засела в снегу — и основательно, — сказал кучер. — Так что я сейчас отправлюсь к дому за помощью, а вы сидите здесь и ждите моего возвращения.

— Нет, я не стану сидеть в карете и ждать! Мы оставим багаж и карету тут, а лошадей возьмем с собой. Нельзя оставлять их на холоде. Помоги мне выйти.

Велвет выбралась из кареты — и оказалась по колено в снегу. Взглянув на кучера, она сказала:

— Я выпрягу эту лошадь, а ты, Нед, выпрягай другую.

Из бархатистых ноздрей лошадей вырывались клубы белого пара. Стиснутые постромками, они нервно переступали с ноги на ногу. Потребовалось приложить немало усилий, чтобы снять кожаную упряжь с животных, и Велвет называла их разными ласковыми именами, чтобы они успокоились.

Когда они наконец выпрягли животных из кареты, Нед сказал:

— Если вы, миледи, заберетесь на лошадь, я пойду впереди и поведу и свою, и вашу.

— Ты тоже можешь проехать до дома верхом.

— Увы, нет. Я знаю, как править лошадьми в упряжке, но ездить на них верхом не обучен.

Нед помог своей хозяйке вскарабкаться на одну из лошадей, взял ее под уздцы и зашагал по сугробам к особняку. Вторая лошадь плелась следом за ними. Чтобы добраться до Роухемптона таким способом, им понадобилось около часа. Когда они вошли в конюшню, Велвет вздохнула с облегчением — лошадь Грейстила находилась в стойле. Она велела Неду накормить животных и как следует почистить их скребницей.

— Когда закончишь работу, заходи в дом, но воспользуйся для этого задней дверью. Там кухня, и я скажу миссис Клегг, чтобы накормила тебя и проводила в комнату. Об одном только прошу: держись подальше от лорда Монтгомери. Встречая принцессу Мэри и ее двор в Дувре, он, возможно, заразился оспой.

— Стало быть, слух о том, что принцесса заболела оспой, верен?

— Многие заболели, Нед. Сам король сказал мне об этом.

Смертельно уставшая и мокрая насквозь, Велвет вошла в холл и, шумно выдохнув, пробормотала:

— Наконец-то…

Грейстил сидел в одиночестве перед камином, подумывая о том, что пора запирать дом и ложиться в постель. Мистер Берк отправился спать уже час назад, однако миссис Клегг все еще хлопотала на кухне, и Грейстилу не хотелось прогонять ее оттуда. Он знал, что она считала кухню своими владениями и не любила, когда туда кто-нибудь вторгался и мешал ей.

Непогода помешала им с мистером Берком продолжить путешествие и отправиться на север, в Ньюмаркет. «Да и куда ехать с такой головной болью?» — подумал Грейстил со вздохом и помассировал пульсировавшие от боли виски.

Внезапно послышался стук входной двери, и Грейстил, поднявшись на ноги направился в холл. «Кого это занесло в Роухемптон в такую погоду?» — удивился он. В следующее мгновение граф замер в изумлении. Перед ним стояло засыпанное снегом существо, и лишь по рыжим локонам, выбивавшимся из-под мехового капюшона, он узнал свою жену.

— Велвет?! Какого черта?!

— У меня замерзли руки и ноги, — пробормотала она, едва шевеля посиневшими от холода губами.

— И неудивительно. Ты промокла насквозь! Пойдем скорее на кухню. Тебе нужно срочно выпить чего-нибудь горячего.

Велвет решительно покачала головой:

— Нет, я сама туда пойду, а ты останешься здесь!

Она сняла и бросила на пол мокрые перчатки. По пути в кухню расстегнула и скинула меховой плащ. Заметив, что Грейстил шагнул следом за ней, крикнула:

— Останься!

Грейстил подчинился и пробормотал себе под нос:

— Черт возьми, что происходит?

Он слышал доносившиеся с кухни голоса Берты и своей жены, однако не мог понять, о чем они говорили.