|
По пути в кухню расстегнула и скинула меховой плащ. Заметив, что Грейстил шагнул следом за ней, крикнула:
— Останься!
Грейстил подчинился и пробормотал себе под нос:
— Черт возьми, что происходит?
Он слышал доносившиеся с кухни голоса Берты и своей жены, однако не мог понять, о чем они говорили. Приблизившись к кухонной двери, он услышал, как Берта говорила:
— Я разогрею ячменную похлебку и поджарю хлеба. Похлебки у меня много, так что Нед может есть до отвала.
— Дайте ему комнату в своей пристройке. Не хочу, чтобы он находился вблизи хозяйской части дома. Кстати, к вам с Альфредом это тоже относится. Вы понимаете меня, миссис Клегг?
— Да, миледи. Но надеюсь, что все эти предосторожности окажутся ненужными.
— Я тоже надеюсь, Берта. Очень надеюсь.
Слова женщин весьма озадачили Грейстила. «Что за предосторожности?» — спрашивал он себя. Но стоило ему задуматься, как головная боль усилилась.
— Возьмите похлебку, миледи. Только не обожгитесь. Чтобы она лучше вас согрела, я налила туда капельку виски.
— Спасибо, Берта. Я возьму ее с собой и буду есть, разговаривая с Грейстилом.
Граф тут же направился в гостиную, и Велвет последовала за ним. Когда оба опустились в кресла перед камином, она сказала:
— Грейстил, принцесса Мэри и многие ее дамы слегли с лихорадкой. Но доктор считает, что это оспа.
— О Боже… Вероятно, они подцепили ее на корабле. Если помнишь, принц Генри тоже заразился этой болезнью на судне. — Грейстил поднялся с кресла и стал на колени, чтобы стащить с жены сапоги. — Чарлз, должно быть, места себе не находит от беспокойства.
— Одна придворная дама точно заболела оспой. И похоже, не она одна. Ты долго находился рядом с этими женщинами и, возможно, тоже заразился.
Граф тут же отскочил от жены.
— Но если так, то ты, должно быть, сошла с ума, приехав сюда. Достаточно было прислать записку с посыльным! — Он отошел от нее в противоположный конец комнаты. — Это не говоря уже о том, что опасности подвергается твой ребенок.
— Риск, конечно, есть, но назвать это гарантированной опасностью нельзя. А приехала я сюда для того, чтобы ухаживать за тобой, если ты заболеешь.
— Я тебе этого не позволю. Как только обогреешься, сядешь в свою карету и вернешься в Лондон.
Велвет печально улыбнулась:
— Карета застряла в снегу в начале подъездной дорожки. Мы с Недом выпрягли лошадей и привели в конюшню.
— Значит, ты пробивалась сквозь буран только для того, чтобы увидеть меня?
Это показалось Грейстилу невероятным. То, что Велвет сделала, потребовало от нее редкостного мужества и самоотверженности, возможно, даже любви. Хотя, конечно, он мог и ошибаться.
— Грейстил, как ты себя чувствуешь? У тебя что-нибудь болит? Например, голова?
— Ничего не болит, — соврал он. — Никогда не чувствовал себя лучше.
— Слава Богу! Но на всякий случай тебе надо держаться подальше от мистера Берка и супругов Клегг.
— И от тебя, Велвет, тоже! — Он машинально отбросил со лба волосы. — Кстати, как поживают ездившие со мной гвардейцы? Кто-нибудь из них заболел?
— Если честно, то не знаю. Не стала ждать, чтобы выяснить это. — Велвет тяжело вздохнула. — Я совершенно выбилась из сил и собираюсь отправиться в постель.
— Тогда занимай нашу спальню. Я же воспользуюсь одной из гостевых комнат. Поставь сапоги около камина. Я пригляжу, чтобы они не сгорели.
Велвет поставила свои сапоги у огня.
— Я хочу, чтобы ты спал у себя, Грейстил. |