– И?

– Аборигенка сказала, что это запретное место, куда никто и никогда не сможет попасть.

– Все? А еще что‑нибудь?

– Знаешь, Вэл, довольно туманная тема…

– Согласен. И все‑таки… Расскажи еще, ну, пожалуйста.

– Она выражалась весьма загадочно. Мне показалось, что делалось это намеренно, но затем создалось впечатление… Прости, мне трудно выразить эту мысль… Так вот. Лик Вод – не просто некое табу или место, находящееся под религиозным запретом, которого нужно избегать по этим двум причинам, а место, в буквальном смысле непригодное для жизни, очень опасное физически. Лик Вод, по понятиям аборигенов, – жизнетворный источник. Считается, что умерший двеллер возвращается к нему… Когда умирает один из джилли, то, опять же по ее словам, для обозначения произошедшего употребляется фраза «Он ушел к Лику Вод». Насколько я смогла понять, там – какой‑то источник неведомой энергии, источник чего‑то горячего, в высшей степени активного и очень, очень мощного. Мне показалось, – только не смейся, пожалуйста! – на острове постоянно протекает ядерная реакция.

– Боже мой, – произнес Лоулер глухо и бесцветно. В его маленькой и сырой каюте было тепло, но он ощутил, как по телу пробежала волна озноба. Пальцы задрожали, охваченные холодом. Повернувшись, Лоулер взял флягу с настойкой «травки» и накапал себе небольшую дозу, потом вопросительно взглянул на Сандиру, но она отрицательно покачала головой. – Горячее, активное, мощное… – повторил Вальбен. – Ядерная реакция…

– Ну, что ты! Пойми, двеллер имела в виду нечто совсем другое. Это лишь мое предположение, основанное на ее туманных и, вне всякого сомнения, метафорических фразах. Ты же знаешь, как двояко можно все толковать, когда аборигены разговаривают с нами…

– Да, знаю.

– Пока она рассказывала мне об этом, я подумала, что, может быть, когда‑то очень давно на Лике Вод двеллеры предприняли попытку проведения какого‑то значительного научного эксперимента… Скорее всего, хотели воплотить в жизнь проект по овладению ядерной энергией, который, в конечном итоге, вышел у них из‑под контроля или что‑то в этом роде. Учти, я лишь строю гипотезу и ничего не утверждаю. Но по тому, как аборигенка говорила со мной, как неуютно себя чувствовала при этом, какие барьеры воздвигала, когда мне пришлось приняться за многочисленные уточнения, я сделала вывод: она считает, что на Лике существует нечто, чего нужно обязательно избегать, нечто такое, о чем ей даже думать не хотелось, а не только говорить.

– Черт! Черт! – Лоулер выпил содержимое стакана одним глотком и сразу же ощутил успокаивающее воздействие «травки». – Ядерная пустыня… Постоянно идущая цепная реакция… – Это совсем не укладывалось в ту картину, что нарисовал Делагард. Или отец Квиллан?

– Ты говорил с Нидом о Лике Вод? – поинтересовалась Сандира, с испугом посматривая на его искаженное душевными муками лицо. – Но зачем? Откуда такое повышенное внимание, причем столь внезапное, к этому острову?

– Сейчас это важнейшая тема…

– Вэл, не будешь ли ты столь любезен, чтобы объяснить мне все. В конце концов, что происходит?

На какое‑то мгновение он замялся, а затем тихо произнес:

– Мы уже довольно давно плывем не в направлении Грейварда… Сейчас наша флотилия находится к югу от экватора и продвигается все дальше и дальше по просторам Пустынного моря. – Она взглянула на него с нескрываемым изумлением. – Теперь наша цель – Лик Вод, или, как его частенько называл покойный Джолли, Бездна.

– Ты сказал так серьезно, словно это совсем не шутка.