– И вы верите в это большую часть времени? – перебил собеседника Лоулер.

– Да. А вы смогли бы, как считаете?

– Нет, – отрезал Лоулер. – Мне бы очень хотелось, но – увы! – я не смогу.

– Итак, вы думаете, что все вокруг существует без всякой цели и причины? У существующего нет смысла?

– Не совсем так. Мы просто никогда не сможем узнать, в чем эта цель и смысл и чья  это цель… Все развивается примерно так же, как произошло исчезновение «Золотого солнца» посреди ночи. У нас нет никаких гарантий, что мы когда‑либо узнаем, почему и каким образом это произошло. А когда нас настигнет смерть, не будет никакого лона, готового принять нас, и никакого существования после во славе Божьей… Не будет ничего!

– А‑а‑а, вот в чем дело… – произнес Квиллан, кивнув головой, словно соглашаясь с доводами собеседника. – Мой бедный друг! Вы каждый свой день проводите в том состоянии, в которое я впадаю в моменты только самого глубокого отчаяния. Ох, и не завидую же вам.

– Может быть, и так… Но каким‑то образом мне все же удается справляться с такой ситуацией.

Лоулер прищурился и посмотрел на запад, где простиралась сверкающая поверхность моря, словно ожидая, что в любое мгновение там может возникнуть большой темный остров. Кровь бешено стучала в висках. Ему захотелось утопить боль души в стакане с настоем «травки».

– Я молюсь, чтобы для вас настал день, когда сердце подскажет вам правильный ответ, – нарушил тишину Квиллан.

– Понимаю, – мрачно пробормотал Вальбен.

– Вы понимаете? В самом деле, понимаете?

– Да, понимаю, – с вызовом бросил Лоулер, – что вы в своей жажде достичь рая ни на минуту не задумались и запродали всех нас Делагарду!

– Вы не стесняетесь в выражениях.

– Да, наверное… Извините. Вы считаете, у меня нет причин для раздражения, не так ли?

– Дитя мое…

– Простите, но я – не ваше дитя!

– Гм‑м… Ну, по крайней мере, вы Его дитя.

Лоулер вздохнул. «Два полных идиота, – подумал он, – Делагард и Квиллан. Один готов пойти на все ради искупления, другой – ради покорения мира».

Священник ласково положил свою ладонь на руку Вальбена и улыбнулся.

– Господь любит вас, – мягко произнес он. – На вас снизойдет Его благодать, ибо от Него исходит лишь добро.

– Расскажи мне все, что тебе известно о Лике Вод, – попросил Лоулер Сандиру. – Все‑все…

Они расположились в его каюте.

– Ну, я мало знаю… Например… Это гигантский остров или нечто похожее на остров, намного больше обычного, привычного нам сооружения джилли. Он занимает тысячи гектаров поверхности Гидроса. Огромная и всегда неподвижная масса земли…

– Это я уже и сам знаю… Но, возможно, ты что‑то узнала о нем из бесед с двеллерами.

– Они очень не любят говорить на эту тему, кроме одного, точнее, одной особи, с которой мне удалось познакомиться поближе на Симбалимаке. Она с готовностью согласилась ответить на некоторые мои вопросы.

– И?

– Аборигенка сказала, что это запретное место, куда никто и никогда не сможет попасть.

– Все? А еще что‑нибудь?

– Знаешь, Вэл, довольно туманная тема…

– Согласен.