Парочка судов Делагарда, пришвартовавшаяся у пирса верфи, мерно покачивалась в такт с волнами прилива.

У Лоулера возникло ощущение, что этот миг летнего полдня будет длиться вечно, а ночь и зима – никогда не наступят. Внезапное чувство спокойствия и наслаждения жизнью охватило его Душу.

– Док, – донесся голос слева.

Вернее, даже не голос, а какой‑то хрип, оставшийся от былых времен, возглас со свалки отбросов, казавшийся состоявшим из пепла и хлама. Жалкий, высушенный, выжженный до неузнаваемости остов когда‑то существовавшего уверенного баса, баса, в котором Вальбен все‑таки признал голос Делагарда.

Нид пришел по южной тропе от береговой полосы и теперь стоял между вааргом доктора и небольшой емкостью, в которой Лоулер хранил собранные лекарственные водоросли. Кровь прилила к лицу Делагарда, он весь казался помятым и потным, его глаза странно остекленели, словно после только что перенесенного удара.

– Что, черт побери, произошло еще? – предельно раздраженным голосом поинтересовался Лоулер.

Нид сделал беспомощное движение ртом, как рыба, выброшенная на берег, и ничего не сказал.

Вальбен впился пальцами в его толстые мясистые руки, встряхнул их.

– Вы можете говорить? Ну, черт бы вас побрал! Рассказывайте, что случилось.

– Да‑а… Да‑а, сей‑час, – промычал судовладелец, мотая головой из стороны в сторону, словно раскачивал увесистый молот. – Все очень плохо. Еще хуже, чем я предполагал.

– Что же все‑таки случилось?

– Эти проклятые ныряльщики! Джилли действительно страшно разгневаны из‑за них… Они собираются отомстить нам! И очень, очень серьезно. Именно об этом я и пытался вам сказать сегодня утром… Ну, там, в сарае…

Лоулер растерянно заморгал.

– Во имя всего святого! О чем вы говорите?

– Вначале дайте мне глоток бренди.

– Ну, конечно. Пойдемте в дом.

Вальбен налил большой стакан густой жидкости цвета морской воды и после минутного размышления – стаканчик для себя. Делагард выпил содержимое одним глотком. Доктор снова наполнил емкость.

Через какое‑то мгновение Нид начал говорить, но так, словно устало пробивался сквозь чащу слов, пытаясь побороть некий дефект речи.

– Ко мне только что приходили джилли… Около дюжины… Вышли прямо из воды у верфи и попросили моих рабочих пригласить меня для беседы.

– Джилли?! На территории людей?! Такого уже не случалось несколько десятилетий. Они никогда не заходили южнее мыса, на котором построили свою электростанцию. Никогда!

Делагард посмотрел на собеседника, пытаясь найти сочувствие и поддержку.

– «Чего вы хотите?» – спросил я у них, используя при этом самые вежливые жесты. Лоулер, поверьте, все происходило предельно – предельно! – дипломатично. Думаю, меня посетили большие джилли, хончо, но не буду настаивать на этом. Их невозможно отличить друг от друга. Как бы там ни было, но выглядели они весьма значительно и представительно. «Ты Нид Делагард?» – спросили вышедшие из моря, будто не знали и так. Я ответил, что да… Тогда джилли схватили меня…

– Схватили вас ?!

– Да, да! Схватили в самом прямом смысле этого слова… Положили на меня свои маленькие ласты… Прислонили к стене моего собственного здания и не позволили сделать ни шагу.

– Вам просто посчастливилось, что после всего этого вы находитесь здесь и можете рассказывать сию историю.

– Оставьте ваши шутки! Док, я клянусь вам, от страха чуть не наложил в штаны. Думал, они собираются прямо там же выпотрошить меня и сделать отбивную. Вот! Посмотрите! Следы их когтей на руке. – Он продемонстрировал уже начавшие исчезать красные пятна.