|
Вот! Посмотрите! Следы их когтей на руке. – Он продемонстрировал уже начавшие исчезать красные пятна. – Лицо у меня тоже распухло… Посмотрите… Я попытался отвести голову в сторону, и один из них ударил меня, возможно, случайно, но… Посмотрите, посмотрите! Двое держали меня, а третий приложил свой нос к моему лицу и начал говорить мне, – да, да, именно говорить ! – издавая громкие гудящие звуки: у‑ум уанг ху‑у‑у‑у‑уф фи‑и‑и‑и‑изт уанг ху‑у‑у‑у‑уф фи‑ии‑и‑изт… В первые секунды меня словно околдовало… Я ничего не понимал, но потом все стало ясно. Они повторяли снова и снова свои «уу» до тех пор, пока полностью не удостоверились, что я их понял. Это был ультиматум. – Голос Делагарда понизился. – Нас выгнали с острова… и дали тридцать дней на сборы… Мы должны убраться отсюда – все до одного!
– Что?! В жестких маленьких глазках его собеседника появился безумный блеск. Он жестом попросил еще немного бренди. Лоулер налил, даже не глядя на стакан. – Любой человек, оставшийся на Сорве после отпущенного срока, будет сброшен в лагуну и ему не позволят выйти на берег. Все постройки, возведенные нами, будут уничтожены… Верфь, резервуар, эти вот здания на площади – все! Вещи, оставленные нами в вааргах, выбросят в море. Все океанские суда, если мы их оставим в гавани, подвергнутся затоплению. Док, с нами покончено! Мы уже больше не считаемся жителями Сорве… Кончено, пути назад нет! Лоулер смотрел на Делагарда, не в состоянии поверить услышанному. В душе кипела целая гамма чувств: утрата смысла происходящего, депрессия, отчаяние… Его охватило смятение. Покинуть Сорве? Покинуть Сорве ?! Вальбен задрожал. Сделав усилие, он сумел взять себя в руки, вновь отыскать путь к утраченному на несколько минут внутреннему равновесию. – Гибель нескольких ныряльщиков в результате несчастного случая на производстве – это определенно в высшей степени неприятное происшествие, – произнес Лоулер тоном, совершенно лишенным каких‑либо эмоций. – Но подобная реакция на сей несчастный случай, безусловно, чрезмерна. Должно быть, вы неправильно поняли джилли. – Клянусь дьяволом! Я понял все, как есть! У нас нет никаких шансов… Они достаточно четко разъяснили… – Значит, мы все должны уйти? – перебил его Вальбен. – Да, да! Через тридцать дней. «Правильно ли я понимаю его? – засомневался Вальбен. – Черт! Это происходит в реальности или в моем воображении?!» – И они объяснили причину? – сухо спросил доктор. – Джилли сказали, что причина – в ныряльщиках? – Конечно, – промямлил Нид низким и хриплым голосом, севшим от страха. – Именно то, что вы говорили сегодня утром… Помните? «Джилли всегда известно, чем мы занимаемся…» Шок начал уступать место гневу. Делагард, не задумываясь, поставил на кон жизнь обитателей острова и – проиграл. Джилли предупреждали его: «Никогда больше не делай этого , иначе мы, вышвырнем вас отсюда» . И тем не менее, Нид не послушался. – Какой же вы подонок, Делагард! – Господи! Я не знаю, каким образом им удалось это обнаружить… Ведь принимались все меры предосторожности… Мы принесли ныряльщиков ночью; пока они находились в сарае, не снимали покрывал, лачуга на замке… – Но джилли знали! – Знали, – согласился Делагард. – Эти чертовы джилли в курсе всех дел! Вы трахаетесь с чужой женой, а им уже известно. Правда, их это мало интересует, но стоит угробить парочку ныряльщиков, и джилли сразу становится не просто интересно – они буквально начинают сходить с ума… – Что аборигены сказали вам, когда произошел предыдущий несчастный случай с ныряльщиками? Они тогда предупреждали вас не пользоваться услугами здешних созданий? Говорили о своих условиях, если произойдет нечто подобное еще раз? Нид молчал. |
