Теперь, когда Сорве полностью исчез из поля зрения, вокруг простирались только небо, океан, плоский горизонт и неторопливо катящиеся волны. Странное ощущение умиротворения снизошло на Лоулера. Он обнаружил, как, в сущности, легко отдаться чувству бесконечности всего этого и полностью раствориться в нем. Море абсолютно спокойно, ничего не предвещает опасности… Вот только Сорве более невидим… Исчез… Ну и что? Сей остров больше не имеет никакого значения.

Лоулер прошел по палубе, спиной чувствуя силу ветра, заставлявшего судно двигаться вперед и все более отдалявшего его от того, что он считал родным и до боли знакомым.

У фок‑мачты стоял отец Квиллан, одетый в темно‑синюю накидку из какого‑то необычно легкого материала, воздушного и мягкого, который он, вероятно, привез с собой из другого мира. На Гидросе подобных тканей просто не существовало.

Вальбен остановился рядом с ним. Священник махнул рукой в сторону моря. Оно напоминало огромный голубой самоцвет, ослепительно сияющий, его слегка выпуклая зеркальная поверхность простиралась беспредельно, охватывая планету единой блистающей сферой.

– Глядя на все это, трудно поверить, что на свете существуют и другие вещи, кроме воды, не правда ли?

– Да, безусловно.

– Такой огромный океан… Такая пустота повсюду…

– И сие заставляет поверить в то, что Бог действительно существует, не так ли? Иначе и не подумаешь, созерцая величие и безграничность этой бездны.

Квиллан удивленно взглянул на собеседника.

– Неужели?

– Не знаю. Ведь я вас спрашивал.

– Лоулер, а вы верите в Бога?

– Мой отец верил.

– Но не вы?

Вальбен пожал плечами.

– У папы была Библия. Он часто читал ее нам. Но она уже давно утеряна… А может, кто‑то ее украл. Я кое‑что помню из нее: «И сказал Бог: „Да будет твердь посреди воды, и да отделяет она воду от воды…“ И назвал Бог твердь небом». То небо, которое над нами, отец Квиллан? Или выше обычного? А те воды, которые за ним, – это океан Вселенной? – Священник посмотрел на него с нескрываемым удивлением. – «И сказал Бог: „Да соберется вода, которая под небом, в одно место, и да явится суша“. И стало так. И назвал Бог сушу землею, а собрание вод назвал морями».

– Вы что, знаете всю Библию наизусть? – изумленно поинтересовался Квиллан.

– Только этот маленький отрывок, первую страницу. Оставшуюся часть я так и не смог понять. Всех этих пророков, царей, битвы и тому подобное…

– А Иисуса?

– Повествование о нем находилось в самом конце. Я до него просто не добрался. – Лоулер взглянул в сторону бесконечно удаляющегося горизонта, голубого изгиба в вечность. – Так как здесь нет суши, это, очевидно, означает, что Бог собирался создать на Гидросе нечто другое, совсем не похожее на твердь Земли. Как вы думаете? «И назвал Бог сушу землею…» А сушу, покрытую водой, – Гидросом, так, наверное? Какой же это великий труд

– творить огромное множество разных миров! Не одну Землю, а все космические тела Галактики! Ириарте, Феникс, Мегало Кастро, Дарма Барма, Ментироза, Копперфилд, Набомба Зом – все это великолепие, миллион и одну планету… Причем с разными целями для каждой из них.