– Никто не собирается заниматься контрабандой наркотиков.

– Но Клоше намерен вывезти их за границу. – Она попросила оператора отеля соединить ее с таможенным бюро. Когда ей ответили, она сказала в трубку: – Я хотела бы попасть на прием, чтобы поговорить с кем-нибудь из сотрудников, пожалуйста.

Голос ответил:

– Могу я спросить вас, к чему именно относится ваш вопрос?

– Это... – Гейл упрекала себя за то, что не подготовила ответ на такой вопрос. – Это о... о контрабанде.

– Понимаю. Что-то вывозится контрабандно?

– Да. То есть не совсем так. Пока нет. Но это будет.

Голос зазвучал скептически:

– Что именно? И когда?

– Я бы предпочла не говорить об этом по телефону. У вас есть там кто-нибудь, с кем бы я могла встретиться?

– Могу я спросить, кто звонит?

Гейл собиралась уже назвать свое имя, когда вдруг вспомнила, что Трис сказал о Клоше: у него есть друзья во многих неожиданных местах. Быстро переориентировавшись, она пыталась определить, принадлежит ли женский голос на другом конце провода черной женщине.

– Я... лучше я не скажу.

Теперь в голосе слышалось нетерпение.

– Да, мадам. Могу я спросить, вы постоянный житель Бермуд?

– Нет.

– Тогда я предлагаю вам связаться с Департаментом по туризму.

Раздался щелчок, и на другом конце провода повесили трубку.

– Большой успех, – сказала Гейл, пробегая пальцем по списку правительственных агентств. – Надо было спросить у Триса, к кому следует обратиться.

– Не думаю, что он ответил бы тебе на этот вопрос, – заметил Сандерс.

Она позвонила еще в два агентства, но из-за того, что Гейл отказывалась отвечать на их вопросы по телефону, ее каждый раз отсылали в Департамент по туризму. В конце концов она позвонила в Департамент по туризму и попросила о встрече с директором.

– Могу я узнать, по какому вопросу? – осведомилась женщина на другом конце провода.

– Да, мой муж и я проводим здесь медовый месяц, и у нас случилась неприятность. Нам бы хотелось обсудить этот вопрос с директором.

– Имеет ли этот вопрос отношение к деньгам?

– Прошу прощения?

– Деньги. У вас кончились деньги?

– Конечно, нет. Почему вы об этом спрашиваете?

– О! Извините, но меня инструктировали задавать этот вопрос. К нам поступают звонки по таким поводам довольно часто.

– Нет. Вопрос совсем не о том.

– Одну минутку, пожалуйста. – Женщина куда-то отошла, потом вернулась к аппарату и сказала: – Будет ли вам удобно в четыре часа?

– Прекрасно.

– Могу я узнать ваше имя?

– Мы назовем его, когда приедем. Благодарю вас.

Гейл повесила трубку.

Они поехали на своих мопедах по Южной дороге по направлению к Гамильтону. Час “пик” еще не наступил, но все равно людей, выезжающих из. Гамильтона, было больше, чем едущих в город. Бизнесмены, одетые в гольфы по колено, шорты, рубашки с короткими рукавами и галстуки, спокойно восседали на своих мотоциклах с пристегнутыми к спинам дипломатами. Женщины, окончившие дневные закупки, везли детишек в проволочных корзинах, привязанных к задним крыльям их мопедов. Плетеные корзины, наполненные зеленью, свисали по обеим сторонам заднего колеса.

Департамент туризма делил свои помещения с Бермудским бюро новостей на втором этаже нового здания, расположенного на Фронт-стрит, протянувшейся над пристанью Гамильтона. В доке на Фронт-стрит стоял на приколе туристический лайнер, а суетящиеся туристы почти блокировали автомобильное движение.