— Всё. Открывай, — приказал я Райме.

Девочка открыла глаза.

— Ух!.. Как красиво!.. — пробормотала она, застыв перед зеркалом.

Повернулась налево. Повернулась направо. Поправила оборки на юбке. Подтянула ремешок у жакета...

— А теперь давай-ка представь, что зеркала нет.

— Как это нет? — не поняла найдёнка.

— Так это. Нет и всё.

— Но я ж ещё не насмотрелась!

— Нестрашно, — махнул я рукой. — Ты просто сделай, что я говорю, и... короче, сама всё увидишь.

Райма на мгновенье зажмурилась...

Зеркало растворилось в воздухе, будто его никогда и не было.

Девочка повернулась ко мне с ошарашенным видом. В глазах у неё блестели горькие слёзы.

Я рассмеялся.

— А теперь отдай мне пластинку и снова закрой глаза.

Да-да, вот такой я злой человек. Отнял у малышки игрушку.

Райма хлюпнула носом, насупилась, но подчинилась.

— Закрыла? Молодец. Помнишь, какое зеркало у тебя получилось?

— Помню.

— Тогда представь его заново и... что есть сил пожелай, чтобы оно опять появилось.

— Точно такое же?

— Точно такое.

— Ладно... Попробую...

Включённая руна «познание» позволяла мне в красках видеть, что происходит с девочкой. Она ещё не умела пользоваться своей силой, не умела скрывать её, не умела применять в том количестве, которое требовалось... Но она очень старалась. Ей очень хотелось снова увидеть себя, всю такую красивую, в огромном волшебном зеркале. И в результате у неё это всё-таки получилось...

Зеркало снова возникло в воздухе. Только уже не бесшумно, а с негромким хлопком.

Не дожидаясь команды, юная чародейка открыла глаза и... застыла в немом восхищении.

— Это... сделала я, да? — выдохнула она спустя полминуты.

— Ты. Больше некому, — пожал я плечами.

— Но ведь тогда получается... получается, что я тоже...

— Маг, — закончил я мысль.

— Маг?! — в ужасе отшатнулась найдёнка, прикрыв рот ладошкой. — Такой же, как Пу́йтуш?!

Я покачал головой.

— Пока ещё нет. Но ты действительно можешь стать такой же, как Пуйтуш. Это легко. Достаточно просто решить, что ты теперь выше других и что тебе позволено то, что не позволено остальным. Но есть и другой путь. Ты можешь оставить в своей душе человека. Это труднее. Гораздо труднее, чем ощутить в себе силу и выучить заклинания. Какой путь выберешь ты? Не знаю. Мне не дано предсказывать. Твой выбор, он только твой и никого больше. Даже я, извини, не могу на него повлиять.

Сказал и развёл руками.

Девочка молчала примерно минуту. А затем тихо проговорила:

— Я не хочу быть такой, как Пуйтуш. И я не буду такой, как Пуйтуш. Вот.

Я улыбнулся и вновь потрепал её по голове:

— Я верю тебе. Верю, что даже будучи магом, ты останешься человеком. Но только пообещай мне...

— Что? — вскинулась Райма.

— Что в ближайшие несколько ле... эээ... А сколько тебе, кстати, годков?

— Одиннадцать... ну, почти, — добавила она, покраснев.

— Ну, так и вот. В ближайшие семь-восемь лет, пока тебе не исполнится восемнадцать, ты никому не будешь рассказывать и показывать то, что умеешь. Договорились?

— Никому-никому не рассказывать? — уточнила девочка. — Даже тебе?

Я засмеялся:

— Мне можно. Но только, боюсь, это случится нескоро.

— Нескоро? А почему? — удивилась найдёнка.

— Потому что сейчас мы отправимся в Сежеш, найдём твою тётку, и ты станешь жить у неё.

— А ты?

— А мне, — вздохнул я, — предстоит сделать много такого, чего несовершеннолетним девочкам ни видеть, ни знать не положено.