Ку'Сокс медленно выдохнул, и в своем углу Ник сжался в маленький комочек страха.

— Сойдет, — сказал Ку'Сокс, и его глаза стали темно серыми. — Убирайся, от тебя воняет детским дерьмом.

Люси начала ерзать и я посмотрела на Трента. Он выглядел сломленным и разбитым.

— Я же сказала, что мне нужен перенос по линии. Ал пока не может мне помочь, — сказала я, решив, что он будет отказываться, пока я не объясню ему причину. — Ал почти сжег себя на самом дне твоей фиолетовой грязи.

Ку’Сокс удивленно оглядел меня с ног до головы.

— И он выбрался? Как?

Он не улыбался, как я ожидала. Похлопав Люси по спине, я покачала ее, как обычно делали родители, на которых я насмотрелась в очередях в магазинах.

— Благодаря свадебному кольцу. — Глаза Ку’Сокса широко раскрылись от удивления. Тряхнув головой, я отступила. — Отправь нас домой, — потребовала я. — Сейчас же.

Трент прикрыл глаза, и я видела, как он беззвучно проговорил «Спасибо». Но не уверена, кого он благодарил — меня или Богиню.

— Иди, — бросил Ку’Сокс резко, и я напряглась, тут же окружив себя и Люси пузырем из мыслей. Я почувствовала, как распадаюсь на части, и липкое, неприятное чужое сознание обхватило нас и выкинуло из своей реальности. На секунду мне показалось, что он бросил нас на полпути и у меня появилась возможность самой настроить ауру, но затем вонь Безвременья исчезла и под ногами образовалась твердая почва. Яркое утреннее солнце пробивалось через небольшие весенние листья, и я задрожала, будто сейчас была зима, а не дождливая весна.

— Снова дома, снова дома, тара-рара, — пропела я, покачивая Люси.

— Тетя Ейчел! — пробормотала малышка, и засмеялась, когда я похлопала ее по спине. — Щекотно! — Я могла только предположить, что она говорит о нашем путешествии по линии. Ее глазки удивленно расширились, когда она увидела, что все надгробия вокруг нас облеплены горгульями. — Тс-с-с-с, — проговорила она. — Биз-з-з спит.

Я устроила ее удобней, не решаясь опустить на землю, вдруг она решит потрогать одну из них.

— Вот так, — сказал я, и пошла в сторону церкви. — Биз спит. Давай позовем твоего аббу. — О боже. Квен. Тренту очень нравилась Кери, а вот Квен любил ее так отчаянно и безнадежно, ведь он никогда не надеялся найти любовь. В какой-то степени, я была даже рада, что он был ранен и не может колдовать. Обернись все иначе, он бы уже был мертв, потому что ринулся бы сломя голову на Ку’Сокса.

— Абба! — завопила Люси, радостно замахав ручками и ножками, но потом притихла и задумалась. — Печеньку? — спросила она с надеждой в голосе, и у меня подступили слезы к глазам. Люси водила ручкой по моей татуировки на шее, изображавшей пух одуванчиков.

Солнце светило, и я снова была дома, но осознание случившегося с новой силой навалилось на меня. Кери погибла, защищая Люси. Я прослежу, чтобы Люси узнала об этом, когда подрастет.

— И печеньку, — сказала я печально. Подлетели дети Дженкса и отвлекли внимание малышки. Она всем телом тянулась к ним, ей нравились их шумные крылья и веселые голоса.

Я медленно двинулась к церкви, проходя сквозь облака пиксиной пыльцы, и задаваясь вопросом, безопасна ли наша кухня для ребенка? Правда придется переложить мой пейнтбольный пистолет.

Ку’Сокс теперь на свободе, Кери и Пирс мертвы, а Трент вновь в рабстве у демона, который снова не связан проклятьем.