Ку’Сокс теперь на свободе, Кери и Пирс мертвы, а Трент вновь в рабстве у демона, который снова не связан проклятьем.

О чем я только думала?

Глава 17

Послеобеденное солнце уже не освещало кухню, когда я уселась за стол и подавленно уставилась на неработающий амулет, который сжимала в руке. Я была не в лучшем расположении духа, чтобы пытаться вдохнуть жизнь в мертвый уже как десять лет амулет, но мне не помешает практика, прежде чем я приступлю к реанимации редкой эльфийской «единой в своем роде» фамильной ценности.

Я уже нашла в брошюре подходящий амулет и сверила описанную владельцем мощность вещицы с информацией в книгах, принесенных Трентом. Квен должен завести амулет, когда приедет забрать Люси. Он немного опаздывал, но думаю, все в порядке.

— Кольца, — произнесла я кисло, глядя на амулет, болтающийся на руке. Ну почему они не зачаровали меч, хлыст или что-нибудь острое? Так нет, эльфам подавай именно кольца. Набор, что я подобрала, подходил идеально, позволяя наладить прочную связь и объединить силы с Квеном или Трентом. Они были созданы до войны, и я надеялась, что эльф и демон смогут воспользоваться ими. Я даже не надеялась, что Ал успеет достаточно восстановиться к нужному времени.

— Если, если, если, — пробормотала я, глядя на амулет в руке. Не люблю это слово. Отведенное мне время все сокращалось и «Если», грозило превратиться в «Нет». Я начинала ненавидеть это короткое слово.

Я решила, что лучше попрактиковаться в оживлении старых заклинаний и оставалось лишь надеяться, что в процессе я не запарю старые папины амулеты один за другим. Я пыталась настроиться и не обращать внимания на посторонний шум, но ничего не получалось: в церковной части Дженкс читал Люси книжку, а прямо на кухне кучка пикси игралась в пыльной папиной коробке, хохоча и вереща планируя очередную проказу. Нелегко было сосредоточиться, когда из соседней комнаты доносится прилипчивая мелодия, под самым носом не перестают приглушенно хихикать пикси, а в голове крутиться одна мысль: «Дженкс наверняка спрятал папины часы, чтобы я не попыталась воскресить Пирса».

Нерешительность сделала меня раздражительной, но я решила, что если бы Пирса можно было снова вызвать в наш мир, он бы вовсю менял мелодии у меня на мобильном. Но мой мобильный был до одурения молчалив. Кери и Пирс умерли, и мое сердце болело больше. чем я ожидала.

Я с трудом удержала желание чихнуть, и глубоко вздохнув, начала раскачивать в руке неработающий амулет и одновременно проталкивать в него свою ауру. Странная мысленная гимнастика по последовательному изменению цвета моей ауры с каждым разом проходила все легче, но остававшаяся беззащитной рука начинала побаливать.

— Эй! — крикнула я, когда створки коробки резко распахнулись и чуть не ударили меня. Из коробки разлетелась пыль, и я чихнула, заработав шестикратное визгливое «Будьте здоровы», от хохочущих внутри пикси. — Так, а ну ка все вон! — Они взмыли вверх, удерживая амулет, и начали извиняться, прося разрешить им остаться. — Вон, — повторила я, протянув руку, и они уронили в нее амулет. Тусклое серебро вместе с теплой золотой пыльцой упало мне на ладонь, пока они продолжали извиняться.

— Вон, и не лезьте к Люси! Она только недавно успокоилась! — крикнула я им вслед, но они уже улетели, вылетев на улицу через дымоход, судя по радостному верещанию Люси. Я немного расслабилась, услышав тихое ритмичное бормотание Дженкса, и положила амулет обратно в коробку. Прикрыв лицо, я снова чихнула, просто от пыли. Я не ожидала услышать Ала до самой последней минуты. Теперь вся ответственность легла на мои плечи, и если подумать, казалось забавным, что эльфы помогут мне спасти Безвременье и весь демонский род.