| А теперь прощальный взгляд на Махуда, на Червя, другого случая не представится, ах. неужели они никогда не поймут, понимать нечего, эти истории совсем не поучительны. Где-то есть моя история, пусть они расскажут ее мне и поймут, что из нее тоже ничего нельзя извлечь, из меня им ничего не извлечь, и наступит конец этим чертовым россказням, можно подумать, что я проклинаю их, вечно все то же, вам было бы их очень жаль, возможно, я все-таки их прокляну, они узнают, что значит оказаться предметом разговора, я швырну им слова, которые не бросили бы и собаке, ухо, рот, а между ними отрепья разума, я получу свой назад, какие-то ошметки, они узнают, что это такое, я нацелю глаз, наугад, в самую гущу месива, на случай, если что-нибудь туда затешется, потом спущу штаны и наложу им кучу историй, фотографий, записей, пейзажей, огней, богов и тварей земных, ежедневного распорядка и общей задачи, говоря тем временем: Рождайтесь, дорогие друзья, рождайтесь, добро пожаловать в мою задницу, вы просто влюбитесь в мои желудочные рези, – это займет немного времени, у меня кровавый понос. Они узнают, что это такое, что это не так легко, как кажется, что к этому необходимо иметь склонность, что для этого надо родиться живым, что это не приобретается, возможно, это отучит их совать нос в мои дела. Да, если бы я мог, но я не могу, что бы то ни было, больше не могу, возможно, было время, когда я мог, когда я лез из кожи вон, в соответствии с инструкциями пытаясь вернуть в овчарню дорогую заблудшую овечку, мне сказали, что овечка дорога мне и я ей дорог, оба мы дороги друг другу, всю свою жизнь я обрушивал на нее свою болтовню, на дорогую усопшую, думая про себя, на кого же она похожа, думая, где же мы встречались, всю жизнь, ну, не всю, почти, к черту «почти», всю свою жизнь, до тех пор, пока мы с ней не встретились, а сейчас получилось так, что я им дорог, получилось так, что они дороги мне, рад это слышать, они присоединятся к нам, по одному, как жалко, что их бесчисленное множество, так же как и нас, полон склеп отступников, в этот вечер все так милы и дороги, ну и что, предки не слышат, а моя добыча возле меня, подо мной, мы навалены грудами, как ты поживаешь возле меня, подо мной, мы навалены грудами, нет, это тоже не поможет, ну и что, детали, для него все кончено, он был предпоследним, и для меня тоже, я последний, скоро все будет кончено, я ничего больше не услышу, мне нечего делать, просто ждать, это надолго, он придет и ляжет поверх меня, ляжет возле меня, мой дорогой мучитель, теперь его очередь страдать, как он заставлял страдать меня, моя очередь покоиться в мире. Как хорошо все образуется, в конце концов, благодаря терпению и времени, благодаря той земле, что вертится, земля больше не вертится, время кончает свою трапезу, и боль подходит к концу, надо только ждать, ничего не делая, делать что-либо бесполезно и понимать не надо, что толку понимать, все будет хорошо, хорошо не будет, ничего, ничего, это никогда не кончится, голос никогда не прекратится, я здесь один, первый и последний, от меня никто никогда не страдал, ничьих страданий я не утолял, никто не утолит моих, они никогда не уйдут, я никогда не двинусь с места, никогда не узнаю покоя, они тоже, разница та, что они и не хотят этого, они говорят, что не хотят, они говорят, что я тоже не хочу, не хочу покоя, в конце концов, возможно, они и правы, как я могу хотеть, что это такое, они говорят, что я страдаю, возможно, они правы, и что мне было бы лучше, если бы я сделал то, сказал это, если бы тело мое пошевелилось, если бы голова моя поняла, если бы они замолчали и удалились, возможно, они правы, откуда мне знать обо всем этом, как бы я понял, о чем они говорят, я никогда не шевельнусь, никогда не заговорю, они никогда не замолчат, никогда не уйдут, никогда меня не достанут, никогда не прекратят попыток, что делать. Я слушаю. Я это предпочитаю, вот именно, я предпочитаю это, что именно, о, все знают, кто это все? я имею в виду зрителей, прекрасно, значит, имеются зрители, идет спектакль, вы покупаете билет и ждете, возможно, он бесплатный, бесплатное представление, вы занимаете место и ждете начала, возможно, спектакль принудительный, вы ждете, когда начнется принудительный спектакль, для этого требуется время, вы слышите голос, вероятно, это декламация, такой спектакль, кто-то декламирует избранные отрывки, любимые места, поэтический утренник, или кто-то импровизирует, его едва слышно, такой спектакль, уйти нельзя, уйти вы боитесь, в другом месте может быть еще хуже, лучше остаться здесь, вы стараетесь быть разумным, вы пришли слишком рано, здесь нам пригодилась бы латынь, это только начало, представление еще не началось, он разминается, прочищает горло, у себя в уборной, один, он появится в любую секунду, начнет в любую секунду, возможно, это режиссер, он отдает распоряжения, последние указания, пока не поднялся занавес, такой спектакль, в ожидании спектакля, шепот, вы стараетесь быть разумным, возможно, это и не голос, а воздух, поднимается, опускается, проплывает, приливами и отливами, в поисках выхода, не находит выхода, и зрители, а где же они? вы не заметили, сгорая от нетерпения, так и не заметили, что ждете в одиночестве, такой спектакль, ждете в одиночестве, в мятущемся воздухе, ждете начала, начала чего-нибудь, появления еще кого-нибудь, кроме вас, силы подняться, мужества уйти, вы стараетесь быть разумным, возможно, вы слепой, возможно, глухой, представление окончилось, все окончилось, но где же тогда рука, рука помощи, или просто милосердия, или просто нанятая, потребуется немало времени, чтобы взять вас за руку и увести прочь, такой спектакль, бесплатный, открытый, задарма, ждете в одиночестве, слепой, глухой, неизвестно где, неизвестно чего, руки, которая протянется и уведет прочь, куда-нибудь в другое место, где, возможно, еще хуже. |
