| А если их всего один, как и я, то и он может удалиться, без угрызений совести, сделав все, что было в его силах, и даже больше, чтобы достичь невозможного, потерять, таким образом, всю свою жизнь или остаться со мной, он мог бы это сделать и уподобиться мне, это было бы чудесно, мое первое подобие, эпохальное событие, узнать, что у меня есть подобие, ему не пришлось бы стараться быть похожим на меня, и все равно он был бы похож, достаточно только расслабиться, он мог бы верить во все, во что ему заблагорассудится, сначала, что он в аду или что место очаровательное, он мог бы даже воскликнуть: Я больше никогда не пошевелюсь, – по старой привычке объявлять о своих решениях во весь голос, чтобы лучше их расслышать, и добавить, на всякий случай: Пока, – это было бы его последней глупостью, стоит ему расслабиться, и он исчезнет, он тоже ничего не узнает, нас окажется здесь двое, неизвестных самим себе, неизвестных друг другу, очаровательную мечту я лелею, просто восторг. Но это не конец. Ибо сюда придет еще один, чтобы узнать, что случилось с его приятелем, чтобы вытащить его, наставить на путь истинный, вернуть родным, употребив для этого поток угроз и обещаний и прочие россказни, как, например, о материнских лонах и детских кроватках, об описанных пеленках и первых длинных брючках, о любовных грезах молодости и развратных утехах старости, о крови и слезах, о коже и костях, о беспокойном могильном сне, и таким образом уговорить его выйти, как он пытался уговорить меня, все правильно, знакомая тарабарщина, и наконец, прожив всю жизнь, нет, раньше, но вы меня поняли, нас уже трое, намного уютнее, нескончаемый сон, достаточно только уснуть, нет, даже и не это, совсем как в старинном стихотворении: У попа была собака, он ее любил, она съела забыл что, он ее убил, вторая строфа: И в землю закопал, и надпись написал, что, третья строфа совпадает с первой, четвертая со второй, пятая с третьей, дайте нам время, дайте нам только время, и нас будет много, тысяча, десять тысяч, места всем хватит, приидите же, приидите, все живущие сукины дети, всем будет хорошо, вы увидите, что никогда больше не родитесь, что я такое говорю? вас никогда больше не родят, приводите своих детишек, наш ад будет для них раем после того, что вы с ними сделали. Но, если подумать, разве мы уже не дружная компания, какое право я имею льстить себя мыслью, что я первый, первый во времени, я это имею в виду, конечно, вот и еще вопросы, слава Богу, они не собираются на них отвечать. Интересно, чем заняты их мысли, в этот одиннадцатый час? Допустимо ли, что они решились наконец взять меня за рога? Похоже на то. В таком случае, отметим каждую минуту. Да, да, я был похож на них, прежде чем стать похожим на себя, ну и свинья, с этим мне быстро не разделаться, ничего, ничего, сигнал к атаке прозвучал, руки, туловище, в ружье, пли! Я устал вести защиту непостижимого для меня дела, устал от дешевых цветов красноречия, позволю себе оказаться в числе не явившихся по вызову суда, прекрасный образ, объемный, заслуживающий Пулитцеровской премии, они хотят утомить меня, чтобы я уснул, долгосрочные планы, боятся возможной самообороны, они хотят захватить меня живьем, чтобы убить, чтобы получилось, что я жил, они думают, что я живой, ну и ну, если бы имелся хотя бы труп, пахло бы похищением тела, не из чрева, впрочем, эта сучка еще не готова ощениться мной, это значительно бы сузило область поиска, умирающий сперматозоид, от холода, в простынях, слабо виляющий хвостиком, возможно, я и есть умирающий сперматозоид, в простынях невинного отрока, даже для этого необходимо время, ни одной возможности нельзя упускать, не нужно бояться совершить ошибку, как узнать, что это ошибка, пока не совершишь ее, а это, безусловно, ошибка, теперь это отрицать невозможно, конечно, а вот и еще один, еще один сюда идет, если он вовремя не ускользнет от них, наивная надежда, отличник снова здесь, по важным причинам это тоже считается жизнью, считается убийством, это широко известно, ах, отрицать это невозможно, отдельным людям везет – родиться от поллюции и умереть до рассвета, должен сказать, я чувствую искушение, но нет, ни один сперматозоид не хочет иметь со мной ничего общего, это взаимно, еще одна блестящая мысль пошла насмарку. |
