Леди Женевьева резко остановилась. В этих людях, на которых указывал Хоксмур, чувствовалось что-то неестественное.

- А что с моим мужем?

- Он далеко отсюда. Но насколько мне известно, с премьером Дираком все в порядке. - В голосе у Хоксмура появилось раздражение. - Вы скучаете по мужу? - спросил он, а потом, словно не сумев сдержаться, добавил: - Вы его любите?

Леди пожала плечами:

- Я не знаю, какие чувства я к нему испытываю. Впрочем, не могу сказать, что скучаю по нему; я с трудом могу вспомнить, как он выглядит.

- Я совершенно уверен, что вы можете вспомнить все, что угодно, если действительно этого захотите. Любой момент из своего прошлого.

- Думаю, да, если только я захочу приложить должные усилия. Женевьева вздохнула и постаралась взять себя в руки. - Мы с Дираком никогда серьезно не ссорились. Думаю, я могу сказать, что муж был добр ко мне в те несколько дней, что мы провели вместе. Но если уж говорить правду, придется признать, что я ужасно боялась - то есть боюсь - его. - Запнувшись, Женевьева посмотрела в лицо своему спутнику: его голова сейчас четко вырисовывалась на фоне яркого витража. - Скажите., что случилось с моим ребенком?

- Ребенком?

- Я была... беременна.

- Вы сами знаете ответ на этот вопрос. Вы пожертвовали вашего... проторебенка - полагаю, это подходящий термин - колониальной программе. Или вы хотите знать, что случилось потом?

Мужчина и женщина застыли, глядя друг другу в глаза. Их руки больше не соприкасались. Повисло напряженное молчание.

Первой его нарушила леди:

- Ник, скажите мне правду. Что случилось?

- С вами? Вы здесь, со мной, и вы в безопасности. Возможно, это все, что вам сейчас нужно знать. Но как только вы решите, что действительно хотите вспомнить все...

На некоторое время леди Женевьева словно утратила дар речи. Нынешнее ощущение напоминало прежнее, когда ей не хватало воздуха, чтобы произнести хоть слово, но теперь помеха казалась куда более серьезной.

- Нет! - внезапно выкрикнула она. - Не говорите мне сейчас ничего ничего пугающего! Может, мы уйдем из этого старого здания? Что это за изваяния вокруг нас? Надгробные памятники?

- По большей части - да, - спокойно отозвался ее спутник. - В стенах и полу действительно находится некоторое количество могил. Но эти могилы так стары, что, думаю, они не должны что-либо для вас значить. Их нечего бояться...

- Мы можем уйти куда-нибудь в другое место?

- Здесь множество всяких мест. - Хоксмур взял леди за руку и успокаивающе погладил. Это прикосновение снова показалось Женевьеве странным. - Давайте для начала пойдем вон туда.

Ник галантно предложил леди опереться на его руку, и пара прошла из западного конца нефа в комнату с грубыми каменными стенами. Ник пробормотал что-то насчет часовни святого Георгия. Затем они покинули это мрачное место и по узкому коридору, прорезающему чудовищно толстую стену, добрались в ту часть аббатства, где, видимо, располагались жилые помещения.

Ник еще по пути начал посматривать на леди Женевьеву с некоторым беспокойством и время от времени спрашивал, о чем она думает. Прежде чем решить, что это место действительно годится для такой высокой гостьи, он несколько раз переставил мебель в комнате и лишь после этого успокоился.

В конце концов, он был еще весьма молод.

Во многом принадлежащая Хоксмуру версия аббатства, от каркаса здания до отдельных деталей - особенности каменной кладки или мозаики витражей, существовала задолго до того, как Ник встретился с леди Женевьевой или вообще услышал о ее существовании. Это было хобби Ника и в то же время составная часть его работы, которой Хоксмур весьма интересовался. Но всю эту поспешную переделку он произвел с единственной целью - понравиться Женни.

На самом деле, как позже признался Хоксмур своей возлюбленной, ему удалось найти очень мало сведений о том, как в действительности выглядели эти внутренние комнаты много веков назад, - по правде говоря, его это особо и не интересовало.