— Когда ее убили? — задумчиво спросил Шейн.

— Видимо, близко к тому времени, когда ты заходил. Доктор не смог определить точного времени.

— Если бы я это сделал, — пробурчал Шейн, — неужели я был бы настолько глуп, что попытался бы вас провести, перерезав ей горло после того, как она умерла?

Билл Джентри уныло кивнул.

— Я не собираюсь вешать на тебя убийство, — возразил он. — Но оно как-то связано с этим кокопалмским делом. Я думал, она могла рассказать тебе что-нибудь, что наведет нас на след.

— Ничего она не сказала, Билл. Она только заявила, что готова продать мне информацию за тысячу баков. Дальше этого у нас с ней дело не пошло.

— О чем информация?

— О фальшивых билетах.

— Я не сомневался, что здесь должна быть связь. Значит, за один вечер произошло три убийства, Майкл. — Он с укоризной посмотрел на рыжего детектива. — Бойл говорит, что не успел ты приехать в город, как ухлопал двух здешних балбесов.

— Это была самозащита, — весело ответил Шейн.

— Я все это знаю. Но эта женщина, Мэй Мартин, была убита не при самозащите. — Джентри сделал паузу, чтобы отхлебнуть виски. — Никто в "Красной розе" не видел, чтобы кто-нибудь, кроме тебя, входил в ее комнату.

— Вы говорили с рыжей в конце коридора?

— Да. Она сказала, что ты вел себя забавно. Прошел мимо, когда она приглашала тебя зайти.

Шейн усмехнулся и хладнокровно заявил:

— Когда я уходил из комнаты Мэй Мартин, она была совершенно живой.

— Может, и так. Но штука в том, что после этого никто ее живой не видел.

— Никто из тех, — поправил Шейн, — кого вы знаете.

— Да, пожалуй. Ты был единственным ее гостем, которого там видели.

— Я знаю по крайней мере одного человека, который встретился с ней после меня.

— Отлично. Я так и думал, Майкл, что у тебя что-нибудь есть. Кто же это?

Шейн медленно покачал головой.

— Пока нет, Билл. Я должен оценить ситуацию.

Билл Джентри заговорил резко.

— Не пытайся что-то скрыть от меня!

— Но мне нужно определить, на каком я свете, — возразил Шейн. — Может быть, мне надо будет что-нибудь выторговать. А если я дам тебе эту информацию, у меня больше ничего не останется.

— Если ты мне этого не скажешь, тебе трудно будет выкручиваться.

— Значит, так обстоят дела?

Джентри поднял пухлую квадратную ладонь:

— Буду с тобой откровенен. Мы нашли в ее комнате кое-что, о чем придется спросить тебя.

Глаза Шейна сузились, выражение лица стало твердым и решительным. Напускная непринужденность Билла Джентри не обманула его. Они были давними друзьями, но Джентри никогда не смешивал дело и дружбу.

Шейн знал, что ему придется выдержать крупный разговор с шефом детективов Майами, но не более того.

— Я объясню все, что смогу, Билл, — сказал он. — Но, клянусь Богом, я знаю об этой женщине не больше, чем ты.

— Ты в этом уверен? Уверен, что до сегодняшнего дня ни разу ее не видел?

Шейн кивнул и проворчал:

— Раньше мне не приходилось доказывать тебе, что я говорю правду.

— Раньше ты никогда не говорил такого, что я, судя по всему, смогу опровергнуть, — сказал ему Джентри.

На щеках Шейна заиграли желваки.