Служащий поспешно шел к нему, взволнованно выкрикивая: — Здесь нельзя останавливаться, сэр! Это нарушение правил, Шейн засмеялся, положил в карман ключ от зажигания и вместе с Матриксом прошел через вертушку у входа. Девушка-кассир назвала Матрикса по имени, улыбнулась и пропустила их без билетов.

В это время раздался громкий звук сирены. Начался перерыв между третьим и четвертым забегами. Оркестр из десяти человек самоотверженно пытался перекрыть крик тысяч зрителей, обсуждавших результаты третьей гонки.

Вскоре оркестр замолчал, и звонко запели трубы. Потом под ритмичный марш высокие молодые парни, разряженные, как мексиканские генералы, начали выстраивать перед трибунами участников четвертого забега.

Шейн проталкивался через толчею к месту старта, обшаривая глазами толпу.

— Где-то здесь должна быть моя жена, — буркнул он редактору.

— Так вы из-за этого притащили меня сюда? — протестующе сказал Матрикс. — А я-то думал, что вы собираетесь искать фальшивые билеты.

Шейн нетерпеливо кивнул в сторону длинных очередей счастливых обладателей выигравших билетов.

— Потребовалось бы до черта времени, чтобы разыскать в такой толпе фальшивый билет. Нет, — живо добавил он. — Я привез вас сюда, чтобы вы посидели с моей женой, пока я поговорю с Гардеманом. После разговора с ним у меня будет к вам еще несколько вопросов.

— Тогда вперед! — охотно согласился Матрикс. — Я подойду к вашей жене, если она появится. Хм… Дайте вспомнить. На ней было белое спортивное платье и красный шарф, если она не переоделась.

— И белое меховое манто, — Шейн кивнул и ушел от Матрикса, который, стоя на цыпочках, всматривался в море окружающих его лиц.

Детектив протолкался сквозь толпу у окошек оплаты и прошел мимо начавших уже выстраиваться очередей у касс продажи билетов. Буйное, непринужденное веселье этой ночной толпы резко отличалось от чопорной атмосферы, какая всегда бывает на скачках. Ведь собачьи бега — это действительно народный спорт.

Стрелка с надписью «Администрация» указывала под трибуны, Шейн пошел туда и открыл дверь в узкий коридор, по обе стороны которого находились офисы. Просунув голову в первую дверь, он спросил:

— Где можно видеть менеджера?

Светловолосый молодой человек оторвался от калькулятора ровно на столько времени, чтобы сказать:

— Третья дверь налево.

Шейн постучал в третью дверь налево, потом повернул ручку и вошел. Джон Гардеман повернулся во вращающемся кресле и посмотрел на Шейна через большой, заваленный бумагами стол. Менеджер трека печатал одним пальцем, на который был одет резиновый колпачок, на стоявшей перед ним машинке.

— Ах, это вы, мистер Шейн! — раздраженно сказал он и медленно стащил с пальца резиновый колпачок.

Шейн пододвинул себе стул. В офисе Гардемана было сравнительно тихо, хотя через открытое окно долетал монотонный непрекращающийся шум.

— Как ваши успехи? — Гардеман откинулся в кресле, положив ладони на стол. — Надеюсь, вам уже есть что доложить?

Шейн покачал головой.

— Я еще не готов докладывать. — Он закурил и бросил спичку в сторону. — Макс Самуэльсон вас нашел?

— Да. Он… Что это? Мистер Самуэльсон? Ну да. Он недавно был у меня. Я сначала решил, что ослышался. Не думал, что вы с ним знакомы.

— О, да. Мы с Макси старые враги.