Император наморщил лоб, лихорадочно вспоминая, что мог упустить из доклада академиков Иерархов. Константин покачал головой:

– Помнишь, о чем писал Воронков в своем отчете про активацию статуэтки волка? Возникла аномалия Водной Стихии. Причем, аномалия серьезная, напитанная мощной магической энергией. Она едва не снесла наблюдательную вышку. Люди, сидевшие там, рассказывали о необычных ощущениях. Страха, конечно, натерпелись. Мне в голову пришла мысль, что Никита – удачливый стервец.

– В статуэтке сидел Высший демон? – догадался Александр.

– Более чем уверен, что это так и было. Он «раскрыл» искру и понял, какое оружие заполучил. Подчинил себе демона, а Иерархам навесил лапши на уши. Соответственно, ложь пошла гулять по самым верхам.

– Действительно, стервец, – согласился император и вытер бумажной салфеткой вспотевший лоб. – Получается, мы взращиваем своими руками демонолога? Помнишь, что я говорил? Никита – прямая угроза нашему существованию. Правда, спящая до поры до времени. И теперь я в другом ракурсе смотрю на суету Балахнина возле Назарова.

– Вопрос в другом: знает ли князь о дополнительных возможностях мальчишки, – кивнул Константин. – Если Никите хватит ума не болтать о слугах демонах, то еще не все потеряно.

– Подожди, – замер Александр. – Чтобы привязать демона службой, надо знать его настоящее имя. Как Никите удалось? К статуэтке же не прилагается пояснительная записка! Какими еще возможностями владеет наш прыткий родственничек?

– Он же артефактор, – укоризненно проговорил брат. – Да еще чертовски талантливый артефактор. Умеет видеть конструкты магических вязей насквозь.

– Как нам поступить с Никитой в свете твоей версии? – поинтересовался император. – Приблизить к себе еще больше или пойти на превентивные меры?

– Что ты считаешь «превентивной мерой»? Физическое устранение? – Константин рассмеялся. – Да он сам кого хочешь укатает. И еще не забывай, что рядом с ним две любящие женщины. Берегиня и Валькирия. Они за своего мужа половину Петербурга разрушат. Другую половину на себя возьмет Назаров. Мы же сами хотели видеть мальчишку в своем клане. Ну… Не получилось. И все равно с помощью Тамары хорошо получается держать противовес. Никита скорее союзник, чем враг. Именно он является нашей гарантией от заговоров и переворотов. Да, я понимаю степень опасности, исходящей от него. Но иного пути у нас нет, и боюсь, не будет. Мы полностью доверяем Назаровым и взамен получаем лояльность, или становимся его врагами.

– А твоя дочь?

– А что дочь? Отрезанный ломоть. Тамара полностью под обаянием Никиты, поддерживает его и нет ни единого намека на разлад. Но я никому  не позволю обидеть ее.

Старший брат прекрасно уловил настроение Константина.

– Женится на Васильевой – тогда посмотрим, – кивнул Александр. – Может, заключить некий меморандум о неприкосновенности нашего клана со стороны Назаровых, где будут указаны все возможные запреты на инструменты воздействия?

– Брат, ты о чем говоришь? – поморщился Константин. – Меморандум – простая бумажка без обязательств, когда начнут рушиться все договоры. Согласен, что на тридцать сорок лет мы сможем оттянуть возможный передел на политической доске, пока будем искать противодействие Никите. Нужно показать, что Меньшиковы не враги, а настоящие друзья, готовые прийти на помощь. Цесаревич Владислав уже сейчас должен уяснить одну простую истину: не надо затевать против Назаровых никаких интриг. Если появится хоть одна поганая мыслишка – все, на троне будет другая династия.

– Ты не заговаривайся, – нахмурился Александр. – Что то твоя версия обретает черные тона.