|
Шаг за шагом Флорес прокладывала себе путь. Ее меч двигался словно сам по себе, ее удары проходили сквозь защиту, находили бреши в доспехах и вонзались в уязвимую плоть. Лишь несколько кавалеристов смогли присоединиться к Ионне, в то время как другие устремились в массу врагов и были поглощены бушующим морем битвы. Внимание Флорес без остатка было направлено только на борьбу, ее тело двигалось в идеальном созвучии с ритмом битвы, и одно это помогало ей продвигаться вперед, пока до группы Ионны не осталось всего несколько вражеских рядов. Влахака рискнула бросить еще один взгляд вперед и увидела, что знамя с вороном все еще гордо реяло на ветру. Но затем в ногу воеводы попала секира. Она не успела отразить удар, и ее чуть не выбросило из седла.
— Нет! — закричала Флорес, увидев, как зашаталась княгиня. На какое-то мгновение она вновь обрела равновесие, но тут еще один клинок вонзился в ее тело. Кровь красным пятном залила ее камзол. Поводья выскользнули из пальцев Ионны. Склонившись назад, воевода больше лежала на своем коне, чем сидела. Ее голова запрокинулась. Потом она упала навзничь и исчезла из поля зрения Флорес. — Нет! — снова прокричала влахака. В дикой ярости она набросилась на масридов, которые загораживали ей путь к Ионне. Время от времени в просвете между телами она видела упавшую княгиню. Влахаки плотной стеной стояли вокруг нее, защищая властительницу. Некоторые спешились и удерживали врагов на расстоянии, соорудив небольшую стену из щитов. Другие все еще боролись верхом. Однако прежде чем Флорес успела добраться до них, знаменосца тоже сбили с лошади, и ворон упал на землю. По рядам врагов пронеслось ликование, и Флорес как громом пораженная смотрела на то, как группа вокруг Ионны была затоптана. Влахака почти физически почувствовала, как военная удача отворачивается от них. Воины вокруг нее тоже были в полном замешательстве. Все видели падение ворона, и моральный дух солдат надломился. Пока объединенные масриды под предводительством Тамара медленно оттесняли врага назад, линии влахаков были слишком растянуты. Южный фланг все больше пододвигался к центру, и вот уже враг окружал их с двух сторон. «Нам нужно восстановить колонну, и быстро, иначе это будет катастрофа», — поняла Флорес, у которой совсем не оставалось времени для печали. Она не могла думать о павших, если сама хотела выжить. Быстро глянув через плечо, она заметила, что некоторые воины уже бежали. — Соберитесь! — громко прокричала она. — Ко мне! Ее голос был услышан влахакскими воинами, которые медленно продвигались в ее направлении. Она не увидела, подействовал ли ее приказ на бегущих с поля боя, так как в этот момент новая атака врага заставила ее снова включиться в бой. Теперь они отступали назад, шаг за шагом, в то время как группы Ионны больше не было видно. С юга к ним оттеснялось все больше влахакских воинов, когда их фланг, несмотря на ожесточенное сопротивление, начал разрушаться. Флорес потеряла какое-либо чувство времени. Солнце нещадно палило, и она не могла сказать, сколько времени уже сражается. Снова и снова она выкрикивала приказы, снова и снова бросалась в бреши, которые образовывались в линиях. Странно, но она совсем не чувствовала усталости. Ее тело двигалось быстро и целенаправленно, как будто она не боролась все это время. Но вокруг себя она видела бледные лица влахаков, страх в их глазах. Она почти чувствовала запах зарождающейся паники, среди всех этих запахов крови и экскрементов. «Если начнется паника и все побегут, то здесь развяжется самая настоящая кровавая резня. Нам нужно держаться, пока мы не сможем немного отдалиться от врага». Больше Флорес ни о чем не думала; на это у нее не было времени. Вместо этого она пыталась удерживать боевые линии влахаков и медленно отступать в сторону крыла Тамара. После последней жесткой атаки, которую влахакам удалось отбить с большим трудом, натиск стал слабее. |
