Изменить размер шрифта - +
— Я на третьем этаже, а он на втором.

— И сколько у него бойцов осталось? — спросил я.

— Тринадцать человек, — снова опуская голову, грустно ответил Кожин.

— По нынешним временам — это немалая сила! — утешил я.

— Да, там лучшие из лучших! Золотые парни! — кивнул Кожин.

— А что за портфель был у Вадима? — нарочито небрежно спросил я.

— Да, хрен его знает! — Пожал плечами Кожин. — Всё ценное и секретное мы успели сжечь. Да и к вечеру Вадим все равно его где–то потерял.

— В смысле — потерял? — не утерпел и уточнил Артамонов.

— Я сам не понял — вот вроде бы только что он его в руках держал, а потом, смотрю: на очередной перебежке от дома к дому — его уже нет! — Кожин удивленно покосился на Артамонова. — Я не стал интересоваться — было бы там что–то важное, мы бы вернулись и поискали.

— А где сейчас Вадим? — отвлекая внимание от темы с портфелем, спросил я.

— Ранним утром ушел в город, проверять закладки, — ответил Кожин. — Мы с ребятами из разведвзвода вчера вечером покумекали и выбрали десяток точек, которые связные от командования гарантированно посетят, если будут немцев изображать. И, раз вы здесь, не ошиблись!

— Грамотно сработали, молодцы! — похвалил я.

Действительно, придумать такое в условиях тотального хаоса — дорогого стоит. Теперь нам осталось только дождаться Вадима, подобрать портфель с ценным грузом и незаметно выбраться из города. Отличный план, а, главное, простой. Ну, что может пойти не так?

— Вы перекусить не хотите? В бункере есть небольшие запасы продуктов! Горячей каши не обещаю, но сухарями с тушёнкой угощу! — гостеприимно предложил Кожин.

Я прислушался к своему организму. Утренний кофе и бутербродик с маргарином уже давно и благополучно переварились, и теперь желудок настойчиво напоминал, что пришло время обеда.

— Я бы сейчас с удовольствием чего–нибудь пожевал! — немедленно откликнулся Артамонов. — Немцы нас разносолами не баловали! Правильно мы им с Игорем «благодарность выписали»!

— Это ты про взрыв у штаба дивизии? — спросил Кожин, доставая и из мешка и выкладывая на стол консервные банки. — Неужели ваша работа?

— Наша! Мы грузовик с противотанковыми минами взорвали! — гордо ответил Виктор.

— Серега Мишанин там рядом крутился, гранату в немецкий патруль метнул, а потом, говорит, так шарахнуло, что здание бывшего Горкома просто сложилось, как карточный домик! — Кожин с уважением посмотрел на Артамонова. — Серега прибегал час назад — глаза круглые. Сказал, что фрицы по всему городу на ушах стоят, перекрестки зачем–то перекрыли. Знатную кутерьму вы устроили! А мы еще гадали — что там могло случиться? Думали даже, что наши бомбардировщики прорвались. Или в подвале мина с радиоуправлением стояла.

— Первоначально мы этого не планировали, пришлось импровизировать! — усмехнулся я. — Нас ведь чуть было на передовую не отправили! Причем сразу на должность ротных командиров!

— Видимо, у фрицев на фронте большие потери, раз они молодых лейтенантов так резко повысить решили! — покачал головой Кожин, доставая сухарную сумку. — Ну, обед готов… — и добавил шутливым тоном: — Приступить к приему пищи!

Мы с Витей набросились на угощение — банку тушенки и сухари. И смололи всё без остатка минуты за три. На «десерт» была кружка кипяченой воды из жестяной кружки. Мы по очереди прикладывались к ней, ощущая, как приятно булькает полный желудок. Кожин смотрел на нас с отеческой улыбкой.

Эту идиллию прервал звук двигателей со стороны улицы, изрядно приглушенный толстыми стенами подвала.

Быстрый переход