Армейский паром «Зибель», шедший на Кубань с грузами для вермахта, подорвался на мине южнее косы Тузла. Потерявший ход корабль немцы отбуксировали в Камыш-Бурун, но в строй его ввести так и не удалось.

5 апреля.

Черноморский флот продолжал снабжать плацдарм на Малой земле и нести потери. В ночь на 5 апреля на плацдарм было доставлено 74 чел., 21 тонна боеприпасов и 9,2 тонны продовольствия, а обратно вывезено 106 раненых. При этом на обратном пути подорвались на минах и затонули буксир «Симеиз» и СКА № 095.

В связи с дождями и распутицей на аэродромах авиация продолжала бездействовать. ВВС СКФ выполнили всего 16 вылетов, в том числе на сопровождение судов, поиск немецких подлодок и разведку.

Люфтваффе потеряли на Кубани 2 самолета: Ju-88A-4 W. Nr. 88—1145 из III./KG51 «Эдельвейс» (экипаж погиб) и штурмовик Hs-129B-1 W. Nr. 0377 из 8./Sch.G1 (его пилот оберефрейтор Г. Зембритцки тоже погиб).

6 апреля.

В этот день погода на Кубани еще более ухудшилась. Стояла сплошная облачность, беспрерывно лил дождь, а температура воздуха составляла +4 – +7 градусов. ВВС СКФ выполнили 26 самолето-вылетов на разведку. Ко всему прочему, на Кубани начался весенний паводок, реки и ручьи стали разливаться, затруднив не только передвижения войск, но и доставку боеприпасов и подкреплений на передовую. Благодаря этому наступление с далеко идущими целями, упомянутыми в директиве от 28 марта, можно сказать, закончилось, не начавшись. Это дало 17-й армии длительную передышку, крайне необходимую для достройки главной полосы обороны.

Советские разведгруппы, действовавшие в тылу у немцев, установили, что возле станицы Курчанской оборудован полевой аэродром, на который регулярно на малой высоте прибывают транспортные самолеты. Из них выгружались боеприпасы, фураж, продовольствие и горючее, а обратными рейсами вывозились солдаты в форме горных стрелков. Свои разведданные предоставил в штаб СКФ и разведотдел Черноморского флота: «Для борьбы с воздушными налетами немцы в качестве пассивных средств защиты городов и военных объектов используют искусственный туман, который ставится специальными аппаратами – “туманометы”».

Зато под прикрытием туманов и дождей флот увеличил поставки на Малую землю. В ночь на 6 апреля туда было переброшено 782 бойца, 84 тонны боеприпасов и продовольствия, вывезено 163 раненых.

7 апреля.

Из-за продолжавшихся сильных дождей, сильной облачности и туманов авиация снова действовала ограниченно. ВВС СКФ выполнили всего 14 самолето-вылетов. Шесть ЛаГГ-3 из 979-го ИАП с аэродрома Краснодар выполнили дальний разведывательный вылет по маршруту Крымская – Киевское – Варениковская – Красный Октябрь – Темрюк. Вылеты прошли без встреч с противником. В эти дни из-за сильной распутицы действовал только Центральный аэродром Краснодара, на котором имелась бетонная взлетно-посадочная полоса.

В этот день в окрестностях колхоза им. Штойнгардта (северо-восточнее Петровской) был задержан экипаж немецкого бомбардировщика в составе четырех человек (унтер-офицер Ф. Галерт, фельдфебель Х. Ассман, обер-фельдфебель Г. Тюбуш, оберефрейтор Н. Тейсбен и ефрейтор Ф. Лайер). Летчики пояснили на допросе, что с 29 марта скрывались в плавнях, а их самолет принадлежал 3-й группе 4-й бомбардировочной эскадры «Вефер» (9./KG4), базировавшейся на аэродроме Саки. Как это было принято (по умолчанию) в таких случаях, немцы естественно заявили (а наши, как всегда, поверили), что на Востоке они совершали чуть ли не первый вылет, а до этого были переброшены из Франции.