Поставив лошадь к самой стене башни, всадник встал на седло так, что, вытянувшись во весь рост, он мог достать рукой до окна башни.

Он осторожно постучал в окно.

– Лили! – тихо позвал он.

Через несколько мгновений окно отворилось, и в нем показалась головка Лили.

– Кто это? – так же тихо откликнулась она.

– Ты не узнаешь меня, Лили?

– Бруно! – обрадованно прошептала девушка.

– Мне надо поговорить с тобой.

– Ах, как я счастлива, что снова вижу тебя!

– Я просил графиню отпустить тебя, но напрасно. Пришлось прибегнуть к такому способу.

– Благодарю небо, что мы снова вместе…

– Тише, милая Лили, нас могут услышать, – остерег Бруно.

– В этой старой башне больше никого, кроме меня, нет. О Боже, Бруно, и как это случилось! – Слезы показались у нее на глазах. – Как счастлива была я когда-то в этом замке, как беззаботно жила, а теперь! Теперь я пленница. Здесь мне страшней, чем в сумасшедшем доме.

– Ты должна выйти отсюда.

– Да, но как?

– Я для того и пришел. Ты не должна здесь дольше оставаться.

– Я заперта и не могу выйти. А ужасный Гедеон Самсон приставлен наблюдать за мной как за сумасшедшей.

– Ты должна бежать как можно скорее.

Лили рассказала жениху, как попала в замок.

– Поверь мне, старый Вит живет в меловых пещерах, – сказала она, заканчивая свой рассказ.

– Я и сам теперь так думаю, после того как видел его там, на берегу.

– Поверь мне, Бруно, это он спас меня тогда и переправил в город. Туда, вниз, должна существовать тропа. Надо найти ее и отыскать старого Вита. Мысль эта занимает меня день и ночь.

– Постараюсь, милая Лили, хотя первая попытка и окончилась неудачно.

– Нет, дорогу в пропасть надо искать не с моря, а с суши.

– Хорошо, моя дорогая, но прежде я должен освободить тебя.

– Дверь заперта снаружи. Остается только окно, – сказала Лили. – Но дай мне время до завтра, я постараюсь найти какой-нибудь способ. Если же не выйдет, жду тебя следующей ночью. Попытаюсь с твоей помощью выбраться через окно.

– Я не могу быть спокоен, когда ты здесь, хотя мне кажется, что графине вот-вот придет конец.

– Значит, до следующей ночи, Бруно.

– Не теряй мужества, дорогая! – Бруно протянул Лили руку, до которой девушка едва смогла дотянуться.

– Ты мое счастье, мое единственное утешение! – прошептала Лили, посылая любимому воздушный поцелуй.

Он спрыгнул в седло и быстро исчез в ночном мраке.

Лили осторожно закрыла окно, легла в постель, но заснуть не могла до самого утра, так взволновал ее разговор с Бруно. А утром, когда Леон зашел проверить ее, Лили сказала ему, что хочет говорить с графиней и что должна сообщить ей нечто важное. Леон удивился, но все-таки отправился за графиней.

Завидев входящую в башню графиню, Лили снова чуть не лишилась чувств – столь зловещие ощущение будила она в душе девушки. Эта женщина, которую она прежде любила и звала матерью, которую даже защищала от нападок своей молочной сестры, эта женщина приводила ее сейчас в жуткий ужас, который она почти не в состоянии была превозмочь.

От графини тоже не ускользнуло то впечатление, которое произвело на падчерицу ее появление.

– Вы хотели мне что-то сказать? – спросила она, подходя к девушке. – Надеюсь, это будут те самые слова, которые помогут рассеять окружающий вашу особу мрак и узнать наконец, кто же вы на самом деле.

Лили чувствовала, что, скорее всего, и на этот раз все будет напрасно, что графине нужна ее жизнь, а главное – деньги, но она хотела все-таки сделать последнюю безнадежно-глупую попытку…

– Я попрошу доктора на время выйти, – сказала она.