|
Ты сразу заграбастаешь самые лучшие роли, и потом, откровенно говоря, я не считаю, что ты уже в достаточной степени готова к работе в кино. Дело кончится тем, что мы окажемся на раскаленной сковородке, а прекрасная студия пойдет прахом прежде, чем мы успеем моргнуть глазом. Боюсь, что на данном этапе твоей карьеры твой удел — это телевидение. Пожалуй, тебе и впрямь следует поступить так, как ты и собиралась— поезжай в Нью-Йорк, учись актерскому мастерству и, когда будешь готова, выходи на сцену. Театр — чертовски хорошая школа, если, конечно, ты не передумала ехать в Нью-Йорк и не решила остаться на телевидении.
Хани была изумлена. Из сказанного Сэм она не могла поверить ни в одно слово. Неважно, сколько денег она получила по решению суда. Было совершенно очевидно, что Сэм предоставляла ей полную свободу. Сэм принесла для нее в жертву не меньше, чем она собиралась принести в жертву для Сэм. Да, но что она сказала в конце? «Если, конечно, ты не передумала ехать в Нью-Йорк и не решила остаться на телевидении». Что бы это могло значить? Она поочередно перевела взгляд с Сэм на Тедди, Нору и Бейб. Все они выжидательно смотрели на нее, но никто из них не решался задать главный вопрос: получила ли она четверть миллиарда, а если нет, то сколько получила? Все они допускали, что в последний момент Хани могла не выдержать и отступить — оказаться не в состоянии расколотить жизнь принца Джошуа на такое количество кусков, что «все королевские кони и вся королевская рать» не смогут собрать ее снова; уступить то, что принадлежит ей по праву. Или согласиться остаться в Голливуде для участия в новом сериале «Роял продакшнз». Или даже пойти на примирение с Джошуа, не в силах устоять перед соблазнительными предложениями и все еще любя его… — Итак, почему никто не спрашивает меня об окончательном решении? — требовательно спросила Хани. — Почему все вдруг сделались так застенчивы? О, я знаю, о чем ты подумала, Сэм Грант. Что я слишком мягкосердечна и даже если и получила, все, на чем настаивала, то теперь сожалею и мечтаю вернуть все это Джошуа. Поэтому ты приняла такое решение. Ты дала мне шанс на этот случай не чувствовать себя виноватой перед тобой. Ты даже готова допустить, что я передумала учиться актерскому мастерству и могу позволить Джошуа втянуть меня в участие в новом сериале. — Ты не слишком мягкосердечна — ты слишком добросердечна. Хани улыбнулась: — Что ж, спасибо, Саманта. — Она вдруг почувствовала себя намного лучше — у нее было чем ответить Сэм на ее «выпад» по поводу того, что ее удел — телевидение. Она повернулась к отцу: — А ты, папа, хочешь знать, сколько мне присудили? Тедди серьезно посмотрел на нее: — Какое это имеет значение? Много денег, мало денег или совсем нет денег — важно, как ты сама к этому относишься, можешь ли ты с этим жить и чувствовать себя счастливой. А я уже знаю, что ты можешь. — Полагаю, это означает, ты думаешь, что я позволила Джошуа откупиться от меня значительно меньшей суммой, чем я требовала сначала? — Не получив ответа, она повернулась к Норе. — Сегодня утром ты дала мне пищу для размышлений. Не хочешь ли ты узнать, к чему я пришла? — Если помнишь, я сказала, что доверяю тебе, и к какому бы решению ты ни пришла, оно будет несомненно правильным. Но должна признать, мне не терпится узнать, правильными ли оказались мои предположения, — улыбаясь, ответила Нора. — Тогда расскажи мне о своих предположениях, а я скажу, ошиблась ли ты. Нора рассмеялась: — Я лучше дождусь, когда ты сама все расскажешь, а уж потом скажу тебе, совпало это с моими предположениями или нет. — Пытаешься перестраховаться? Ну, ладно, тогда я сама попробую угадать, как ты рассуждала. |
