|
Глава восемнадцатая БЕЛЫЕ, КОТОРЫЕ НЕ ПОХОЖИ НА БЕЛЫХ
Однажды Окано пригласил советских друзей и чету Таволато совершить прогулку по острову Девы. К ним присоединилась и Майя. С рюкзаками за плечами вся компания рано утром двинулась в путь. В дороге Окано рассказал своим спутникам все, что знал об острове и его населении. Остров Девы был вулканического происхождения. Его окружали самые глубокие воды Атлантического океана. В длину остров простирался на 12 километров, ширина колебалась между 6 и 8 километрами. Рельеф острова был очень разнообразным: здесь были и скалистые горы высотой до 500 метров, и лесистые долины, и миниатюрные плодородные поля, и прохладные ключи, и небольшое озерко. Остров был очень красив. Шагая по его тропинкам в этот солнечный день, Петров вспомнил южный берег Крыма. Окано рассказывал: – Когда именно остров Девы был заселен нашими предками, трудно сказать. Много веков назад… Откуда они пришли и какого были племени, тоже загадка. Некоторые особенности нашего языка и фольклора позволяют думать, что наши предки вышли из Центральной Америки и происходят от великого народа майя. Но точных доказательств нет. В древних песнях и легендах упоминаются такие животные, растения и пейзажи, каких нет и не могло быть на нашем островке. Эти сказания, сохранившиеся в народной памяти, по-видимому, созданы древними цивилизациями Центральной Америки или Перу. Окано задымил длинной трубкой, какие были в ходу у местных, людей, и продолжал: – Лет триста назад остров был захвачен английскими пиратами, которые сделали его своей базой. Настали черные дни для моего народа. Лучше их не вспоминать… В начале девятнадцатого века остров перешел в ведение английского колониального ведомства, и формы господства белых несколько изменились, но только формы. Существо осталось то же, что и у пиратов… В одном из укромных местечек морского берега экскурсия наткнулась на маленький лагерь. Это был временный приют негров с «Дианы». Здесь были Мако, Бамбо и все другие уцелевшие африканцы. Встреча была радостной, сердечной. Жали друг другу руки, весело улыбались. Мако объяснял: – Капитан Смит не хотела давать деньги… Начальник не хотела кормить… Дала лодку и снасти… Рыбу ловим, едим… Все лучше… Произнеся эту трудную для него речь, Мако повел своих гостей в пещеру, где были аккуратно разложены охапки травы – вместо постелей, стояли ржавые консервные жестянки – вместо посуды. Мако указал на негров и внушительно сказал: – Наша дома… Когда-то, давным-давно, Мако весело, радостно смотрел на мир. Однако жизнь сильно изменила его характер. И главную роль в этом сыграли белые. Белые люди забрали всю радость, весь свет себе, а черных людей обрекли на вечную тьму. К сорока годам у Мако сложилось твердое представление о мире: глубокой пропастью мир делится на лагерь белых и лагерь черных. Мако затруднился бы сказать, всегда ли хороши черные, но зато прекрасно знал, что белые всегда плохи. Они злы, хитры, вероломны. Они только и думают о том, как бы сделать худо черным. Все белые злы: и помещики, и фабриканты, и капитаны, и полицейские, и содержатели кабачков в приморских городах. Четверть века Мако плавал на больших пароходах по всем морям и океанам, он много видел и слышал, всего насмотрелся… И окончательный вывод его гласил: «Белый – это все равно, что ядовитая змея; даже если он прикидывается другом, не верь ему – непременно укусит…» Мако доводилось участвовать в нескольких стачках моряков, ему были знакомы профсоюзные организации в английских и американских портах, но пользы от них для чернокожего рабочего он не видел. В этих тред-юнионах белый очень мало думал о черном брате. Правда, он слышал, что есть такая страна, где рабочие выгнали хозяев, забрали пароходы и заводы и взяли власть в свои руки, но плохо верил в это. |
