Хотя рассказ об этом эпизоде моей полицейской карьеры сейчас, возможно, и не имеет особого значения, позвольте все-таки пояснить. Если ты погибаешь от руки другого человека, хотелось бы думать, что жизнь твоя принесена в жертву во имя правого дела. Хотелось бы верить в то, что ты покидаешь этот мир для того, чтобы занять место в лучшем мире, что благодаря твоей смерти хотя бы один человек, возможно, член твоей семьи, спасется, что могила твоя будет находиться под зеленым деревом и что место твоего упокоения будут навещать другие люди. Не хотелось бы думать, что ты теряешь свою жизнь просто потому, что оскорбил чье-то тщеславие и что твой уход, как и уход почти всех погибших на войне, абсолютно ничего не значит.

Однажды днем после визита Клета Алафер, моя приемная дочь, принесла мне почту и поставила свежие цветы в вазу на моем окне. Моя жена Молли задержалась в административном крыле по причине, которая мне была неизвестна. Волосы Алафер, подстриженные на уровне шеи, были густыми и черными и блестели так, что у всех возникало непреодолимое желание к ним прикоснуться.

— У нас для тебя сюрприз, — сказала она загадочно.

— Ты хочешь пригласить меня на ночную рыбалку?

— Не угадал. Доктор Бонин полагает, что на следующей неделе ты сможешь вернуться домой. Сегодня он уменьшает дозу твоих лекарств.

— Каких лекарств? — спросил я, стараясь сдержать улыбку.

— Всех.

Алафер заметила, как я прикрыл глаза.

— Думаешь, что они тебе еще необходимы? — спросила она.

— Не думаю.

Дочь смотрела мне в глаза, не позволяя прочитать ее мысли.

— Клет звонил, — сказала она наконец.

— И по какому поводу?

— Он рассказал, что Ти Джоли Мелтон навещала тебя в два часа утра.

— Он сказал тебе правду. Она оставила мне этот айпод.

— Дэйв, некоторые думают, что Ти Джоли мертва.

— С чего бы это?

— Никто не видел ее несколько месяцев. Она частенько общалась с мужчинами, которые уверяли ее, что знают кого-то в кино или звукозаписывающей индустрии. Она верит всему, что ей говорят.

Я взял айпод с прикроватной тумбочки и вручил его Алафер.

— Это не принадлежит сестрам или сиделке, или кому-либо из врачей. Ти Джоли принесла его для меня, загрузив в него мою любимую музыку, и подарила мне. Она также записала сюда три свои песни. Надень наушники и послушай.

Алафер включила айпод и надела наушники.

— А как называются песни?

— Не помню.

— В какой они папке?

— Извини, я в этом не разбираюсь. Песни есть песни, и все они здесь. Я их прослушал, — ответил я.

Наушники сидели на ее ушах криво, и поэтому она могла одновременно слушать музыку и говорить со мной.