Человек продолжал бежать. Если у него и было оружие, Карлос его не заметил. Но это ничего не значило. Воображаемая линия, проведенная им на ровном снегу, становилась все ближе. С ним были его автомат, пистолет, нож…

— Карлос, ты перешел границу, ты перешел, ты перешел…

Голос Падрика заполнил его голову. Снайперу со стационарной позиции было легче осуществить привязку к координатам.

— Карлос, ты перескочил через эту проклятую границу.

— Плохо дело! — воскликнул Карлос, внезапно осознав, что Маркус отстал.

Он на мгновение оглянулся: Маркус упал на одно колено и прицеливался.

— Я смогу его достать…

Тот парень не был солдатом Коалиции. Он был крепким, да, но не таким, как солдат. Карлос схватил его сзади — скорее отчаянный прыжок наугад, чем рассчитанный прием, — но он не мог позволить нарушителю уйти.

Можно подумать, несколько метров сыграют роль. Да и кто увидит? Кто будет писать жалобу?

Человек забился в руках Карлоса и сделал большую ошибку, запустив руку в карман. Карлос всегда пытался представить, как он будет себя чувствовать, если придется убить человека в рукопашной схватке. И вот она, схватка; и он ни на миг не задумался. В его голове билась единственная мысль: он не должен погибнуть. Умереть предстояло его противнику. Для других мыслей места не оставалось. Карлос вонзил нож в шею парня даже раньше, чем понял, что обнажил оружие.

КОМАНДОВАНИЕ КОАЛИЦИИ. ДОМ ПРАВИТЕЛЕЙ, ЭФИРА

В ходе войны наметился серьезный поворот — так решил Хоффман, проходя к залу совещаний в цокольном этаже Генерального штаба.

Он снял фуражку и огляделся. На мгновение показалось, что он явился не по назначению. Из соображений безопасности перед совещаниями офицерам часто выдавали минимальное количество информации. На сей раз Хоффман впервые не получил никаких сведений, а теперь еще и заметил, что оказался явно не к месту и не по чину.

В зале собрались не только армейские офицеры. В вестибюле ожидали начала совещания высшие командиры флота и военно-воздушных сил. Кроме того, виднелись и штатские костюмы: служба разведки и представители политических кругов. Собрание было не слишком многолюдным, но по весомости участников могло претендовать на высочайший уровень.

"Чересчур высоко для меня. Может, они поручат мне чистить уборные?"

— Ты тоже здесь, Виктор? — прозвучал рядом чей- то голос.

Хоффман обернулся и увидел морского офицера, с которым встречался пару лет назад. Майкл? Митчелл? Его точно звали Квентином, и тогда он еще не был капитаном, как теперь.

— Квентин… — протянув руку, произнес Хоффман. Он кивком указал на стоявших поодаль трех адмиралов: — Нас-то для чего позвали? Носить чемоданы?

Майклсон. Теперь он вспомнил.

— Я не уверен, что даже моему боссу это известно, — На воротничке Майклсона поблескивала эмблема с двумя акулами — знак подводника. — Я и сам не знаю, почему оказался здесь. Я всего лишь капитан флотилии «Д». Получил приказ явиться, встал по стойке «смирно» и отдал честь.

Флотилия «Д» была создана для десантных операций на море и побережье. Это о чем-то говорило Хоффману, хотя он еще не понял, о чем именно. Насколько он помнил, военная доктрина Коалиции строилась на наземных способах ведения — силами артиллерии, бронетехники и пехоты. Все другие войска до сих пор оставались в стороне. А сейчас в первых рядах общего шоу оказались представители двух сравнительно немногочисленных подразделений — спецвойска и морской десант.

— Ладно, значит, вызвали спецов и амфибий. А есть здесь еще кто-то из сирот вроде нас?

— Насколько я видел, еще и дивизия орбитальной технологии.