Раздался скрип шагов, и вскоре рядом возник Маркус.

— Ну вот, — произнес он и бросил в снег пару предметов. Они были похожи на пакеты с сахаром. — Хороший улов.

Карлос взял один пакет, сжал его в руке, но слабый запах уже сказал все, что было необходимо. Карлос ощутил громадное облегчение. Взрывчатка армейского качества. Он убил не беззащитного штатского, занимавшегося охотой.

— Что ж, дни этого засранца-взрывателя сочтены, — сказал Карлос с таким видом, словно он все предвидел заранее. Он понимал, что едва не совершил проступок, который легко мог перерасти из несчастного случая в нечто большее. — Тело забираем с собой.

— Нельзя же бросать его здесь, — кивнул Маркус. Он очень устал. Это было едва заметно, но Карлос давно научился улавливать почти невидимые признаки: фраза, законченная с падающей интонацией, и эта поза, когда вес тела распределяется равномерно на обе ноги. — Пошли. Надо покончить с этим.

В наушнике Карлоса послышался шум — пыхтение бегущего Падрика. Канал радиосвязи все время оставался открытым. Оба снайпера торопливо спускались по склону, перебегая от одного пригорка к другому. Они всегда подозревали, что за ними кто-нибудь следит. Карлос помог Маркусу затащить тело в задний отсек БТРа, и к тому времени подбежавший Баз уже был готов забраться в кабину.

— Нам больше нечего здесь делать, — сказал он. Базу было немного за сорок, он отличался крепкой, почти квадратной фигурой и говорил с сильным акцентом жителей Северного Тируса. У Карлоса сложилось впечатление, что Баз никогда не вспоминал ни об одной цели, сбитой Падриком при его участии. — Я уже замерз. Новизна ощущений закончилась еще пару дней назад.

Сзади подошел Падрик:

— Ребята, вы что, собираетесь взять работу на дом? Бросьте этого мерзавца здесь.

— Это не боевая ситуация, — возразил Маркус. — Придется соблюсти кое-какие нормы.

На базу они возвращались в молчании, управление БТРом взял на себя Маркус. Да, разборки с убитыми во время патрулирования требовали соблюдения особых правил, так же как и сдача обнаруженной взрывчатки. Этим делом занялся прикомандированный к части офицер разведки. Особенно его порадовало удостоверение личности убитого, хотя причин своего торжества он так и не раскрыл.

— Эй, трубопровод остался цел и невредим, — сказал Падрик, перед тем как уйти в казарму. — Выше нос, Сантьяго.

Карлос отмыл задний отсек БТРа, и они снова отправились на дежурство. За рулем сидел Маркус. В нескольких километрах к югу они обнаружили еще ямы, но их края уже осыпались от ветра и солнца, словно углубления были давно забыты. Вполне возможно, их выкопали какие-нибудь животные. В ямах не оказалось капканов, только множество отпечатков мелких звериных лап. Снег не выпадал уже несколько дней.

Маркус включил радиоприемник на приборной доске, но одной рукой прижимал к уху наушник, чтобы не пропустить вызов по радиосвязи.

— Хочешь послушать репортаж об игре?

Карлос кивнул. Они прислушались к негромкому голосу комментатора; похоже, «Орлы» выигрывают.

— Как ты думаешь, островитяне интересуются трэшболом?

— Кое-кто интересуется. Что бы мы ни думали, люди на островах следят за событиями остальной страны. — У Маркуса напряглись мускулы на скулах, как будто он силился еще что-то сказать. — Ладно, признаю, что принимаю обязанности капрала слишком близко к сердцу.

— О чем ты?

— Ты был прав. Если бы ты меня послушался, мы бы его упустили. Я слишком серьезно отношусь к инструкциям.

Такова была манера Маркуса извиняться. Но он не сказал, что сожалеет о своих действиях. Порядок и правила были установлены не зря, и в случае провала отвечать пришлось бы Маркусу.