Мирнин говорил таким тоном, будто не допускал возможность неповиновения, даже в мелочах; Клер снова почувствовала напряжение между ним и Оливером.

— Возможно, ты не в курсе, — с усмешкой сказал Оливер. — Ты больше не король, не принц, или кем ты там был до того, как засел в своей грязной норе. Ты — алхимик, экзотический баловень Амелии, и не тебе отдавать мне приказы. Тем более в моем городе.

— В твоем городе. — Повторил Мирнин, сверля его взглядом. Лицо его сохраняло доброжелательное выражение, но вот глаза... в них читалось нечто противоположное. Клер предусмотрительно отодвинулась. — Какой сюрприз! А я думал, это город Основателя.

Оливер оглянулся.

— Странно, ее, похоже, нет в пределах досягаемости, и, значит, теперь это мой город, ничтожество. Поэтому сиди тихо, никуда ты не поедешь. Если у нее неприятности — в чем я пока не уверен — и если ее придется спасать... Что ж, мы предварительно взвесим все риски.

— А также все преимущества бездействия? — В голосе Мирнина чувствовалось напряжение, как в пружине заведенных до отказа часов. — Скажи-ка, Железнобокий[3], как ты собираешься выиграть эту кампанию? Надеюсь, не планируешь воспроизвести Дроэду?[4]

Клер все это ни о чем не говорило, но для Оливера явно что-то значило, что-то горькое и глубокое — на мгновение его лицо исказилось.

— Это не Ирландская кампания, и какие бы ошибки я ни совершил в прошлом, я не повторю их. — Ответил Оливер. — И мне не требуются советы захудалого колдуна.

— Узнаю старый пуританский дух!

Ева с силой стукнула кулаком по стойке.

— Эй! Прекращайте свои заплесневелые дрязги! Мы здесь, в Соединенных Штатах, на дворе двадцать первый век, и у нас есть проблемы, не имеющие отношения к вашей древней истории!

Мирнин удивленно посмотрел на Еву, обаятельно улыбнулся и опустил густые ресницы.

— Душечка, можешь принести мне такой же восхитительный напиток, как моему другу? — Он сделал изящный жест в сторону Оливера, который только сейчас осознал, что чашка с кровью все еще стоит перед ним, и с раздраженным видом осушил ее. — И, если можно, сначала подержи пакет в теплой воде, хорошо? Холодный, этот напиток... омерзителен.

— Конечно. — Ева вздохнула. — Может, добавить его в эспрессо?

Мирнин задумался. Клер решительно покачала головой, как бы говоря «нет». Только этого сейчас не хватало — чтобы Мирнин получил дозу кофеина.

Ева вышла. Оливер с заметным, почти физическим усилием стряхнул с себя раздражение и сделал глубокий вдох.

— До рассвета меньше двух часов. Даже если с Амелией действительно что-то произошло — в чем я по-прежнему сомневаюсь. — Высылать спасательный отряд сейчас слишком рискованно. Если Бишоп захватил ее, то наверняка упрятал в такое место, которое выдержит любой штурм. Два часа — это слишком мало.

Мирнин стрельнул взглядом в Клер.

— Кое на кого солнечный свет не оказывает дурного воздействия.

— Однако эти кое-кто слишком уязвимы. — Заметил Оливер. — Я не пошлю людей сражаться с Бишопом, даже если их наберется целая армия. Разве что ты рассчитываешь выведать его местонахождение у трупов, которые он оставит позади.

Мирнин, казалось, обдумал эту ужасную идею, но потом покачал головой.

— Он спрячет тела, — с сожалением сказал он — Однако предложение толковое.

Клер не могла сказать, насмехается он над Оливером или действительно так думает.